— Мой малыш… — ответила она и улыбнулась так нежно, что Шен, наверняка, позавидовал, что малышом назвали не его.
Никто не понял, о ком речь, но было видно, что ругаться за импульсивность и опрометчивость сейчас бессмысленно. И я решил отложить разбор полётов, когда мы покинем это странное место.А Агата вдруг вновь воспылала «страстью» и принялась выламывать дверь, дёргая за ручку и колотя цифровой замок.
— Я тут! — крикнула она. — Сейчас! Потерпи!
Пришлось кивнуть Шену, чтобы тот угомонил подругу, а мы с Лясей принялись за замок. Печать Потока и способности к телекинезу до сих пор не приходилось применять подобным образом, но всё бывает в первый раз. Приложив руку к панели, попытался понять, как идут схемы и провода, и что из них «откликнется» на то, чтобы отпереть дверь.
И пока Шен что-то нашёптывал Агате, пытаясь её успокоить, я, впав в полумедитативный транс, нашёл нужный провод. Дёрнул.
Панель замигала, погасла. Затем зажглась вновь перезагружаясь. Что-то внутри щёлкнуло, и Агата, вырвавшись из длинных лап Шена, распахнула дверь и ломанулась внутрь, не видя и не слыша никого.
Мы вошли следом, осматриваясь, и облегчённо вздохнули, когда поняли, что охраны внутри нет. Зато был кое-кто другой, кого мы никак не рассчитывали увидеть. Не только здесь, а вообще никогда в жизни.
Агата бросилась к клетке и упала на колени, прижимаясь щекой и ладонями к стеклу.
— Барабашка! Миленький! Мы пришли! Мы спасём тебя, солнышко! Потерпи…
Нам оставалось только недоумённо переглянуться.
Глава 28
Барабашка был рад видеть Агату не меньше, чем она его. Он заметался по клетке, завизжал что-то на своём иноземном и приник к стеклу с другой стороны и потёрся мордочкой.
— Когда они так сдружились? — удивилась Ляся, а мы лишь пожали плечами.
Этот странный зверь напоминал помесь лемура и белки-летяги и очень забавно урчал подсвистывая. Не теряя времени, Шен принялся изучать замок, чтобы освободить зверька, а Ляся прошла к столу с документами. Агата что-то нашёптывала и приговаривала, поглаживая стекло.
— Рэй… — позвала Ляся, стараясь не привлекать внимание остальных. — Кажется, его пытали, — едва слышно добавила она, показывая документы.
Это было похоже на медкарту пациента, только на деле им был наш монстр, способный частично обращать вспять время. И врачам, «лечившим» его, это было прекрасно известно. Под картой содержались отчёты об опытах, разбитые по дням и категориям тестов. У малыша на что только не взяли анализы.
Я обернулся и понял, что не показалось. Выбритые участки на лапках свидетельствовали, что у него брали кровь на анализ. Белёсая полоса над хвостом подтверждала, что даже до костного мозга добрались, чтобы ничего не упустить.