Джонни с дядей отступили, пытаясь спрятаться в толпе, а моё внимание привлёк блеск. На земле лежал маленький золочёный брелок на оборванной цепочке. Наверняка его в спешке потерял Джонни, и я, решив не упускать возможности, быстренько поднял его. Случайно надавил на кнопку сбоку, и тот распахнулся, демонстрируя чёрно-белую фотографию миловидной женщины. Она кого-то напоминала, но была незнакома, поэтому я просто сунул безделушку в карман, чтобы в будущем использовать в качестве козыря. Вдруг придётся торговаться с этим прохвостом.

— Отрекитесь от способностей! Прокляните свой дар и ступите на путь чистоты! — послышался очередной крик.

Я выхватил взглядом силуэт сектанта на крыше одного из невысоких технических зданий. Подхватил один из стульев и запустил телекинезом. Удар получился слабее, чем у Грейсона, но и расстояние было внушительное. К тому же я, в отличие от него, проделал всё абсолютно без рук. Ляся увидела подбитого сектанта с разбитой мордой и, поставив пальцы к вискам, что-то прошептала.

Не знаю, где и когда она так научилась, но кровь из разбитого лица хлестанула и фонтаном. Возможно, этого как раз и хватило, чтобы тот потерял сознание. Он сделал несколько неловких шагов, будто в тумане, и свалился с крыши.

Я подмигнул Лясе и бросился вперед, к эпицентру заварушки, между рядами пылающих стоек, столов, кустов, деревьев и лавочек.

— Отриньте или умрите! — взвыл один из сектантов, и тут я, наконец, увидел, чего ещё боялись присутствующие.

Каким-то образом сектанты пронесли контрабанду, способную сожрать всё живое в стенах школы.

Плотоядная споровидная тля.

Эта мерзкая тварюшка, описанная в Бестиарии, наводила ужас одни своим видом. Мелкая, прожорливая скотина не боялась огня и спокойно скакала по траве и листьям, со скоростью пылесоса пожирая любую зелень. Она нажиралась в течение пары минут и разбрасывала вокруг себя споры, которые уже через несколько секунд превращались в полноценных представителей своего рода. Но самым стрёмным было то, что, когда это «покемон» эволюционировал, вдоволь нажравшись, он становился плотоядным и начинал питаться не растительным соком, а кровью. И, по некоторым сведениям, хватало примерно полчаса, чтобы оно эволюционировало.

Если меня не подводила память, убить этих тварей можно было лишь высокими частотами.

«Подружка Саймона!» — сверкнула дельная мысль.

Жаль, я так и не запомнил, как звали девчонку, помогавшую нам на источниках завалить рачиху. Я кинулся к менталистке с бронзового сектора с просьбой, чтобы та нашла в толпе подружку Саймона. К счастью, она знала кто это и быстро скоординировала меня, где искать. Она была дельным поисковиком и не растерялась, сосредоточилась и быстро помогла.