Так возник самый разнузданный и разухабистый похоронный марш со времён изобретения похорон.
Несущие гроб мысленно переглянулись.
— Эх, прокачу? — насторожились они. Никто не знал, как правильно носить гробы под музыку развратных танцев XIX-го века. Логично было бы вприсядку, но такое переосмысление традиций может вызвать возражения со стороны родственников кикиморы.
Хорошо у Моцарта припев короткий, после цыганочки мазурка звучала вполне печально. Дальше пошло ещё лучше. Гости постепенно привыкли к музыке, на восемнадцатом припеве уже притопывали и танцевально поводили плечами. А к тридцатому кругу даже тёща забыла о намерении похоронить своего Петрова рядом с кикиморой. В общем, хорошо всё закончилось. Потому что упорство и уверенное выражение лица всё побеждают.
63
Дом без женщины звереет.
Дикий делается, наглый, как обезьяна.
Уж я кнутом ему грозил…
Хуже всех — посуда.
Мыл её восемь раз.
Всё равно замаранные плошки ржут из всех углов.
Думаю, они самопачкаются и расползаются по квартире.
Вечером выстрою всю сушилку и каждую десятую тарелку расстреляю к чертям. Уцелевших в цепи закую. Пусть знают.
Где стоял диван, теперь разорённая берлога. А в коридоре йети натоптали болотной грязи.
На кухне забавное. Если хлопнуть в ладоши, с вершины мусорника сходит лавина, как с Казбека.
Сфотографирую феномен, пошлю в Нэйшнл Джографик, они там любят катаклизмы.
Это всё Люся. Отъезжала, болтала о второстепенном:
— Смотри не одевай на Лялю розовое с оранжевым, это не подходит. Сочетать нужно синее-белое-голубое, красное-чёрное, розовое-белое-серое. В крайнем случае — оранжевое-зелёное.
А про главное, как заклинать демонов домашнего беспорядка — забыла!
Победить без магии нереально. Разве только повернуть сюда Западную Двину, чтоб смыла эти пампасы-прерии-конюшни.
Мне с вами теперь некогда эпистолярничать. До полуночи надо перебрать фасоль, посадить сорок кустов, переловить детей, убаюкать медведя и познать самоё себя. Если успею, скажу всем, что еду на бал, а сам мордой в тыкву — и спать.
А розы как-нибудь вырастут сами.
P.S.
Ещё позвоню Незабудкиной, спрошу, есть ли он на самом деле, этот Египет. Может враки всё…
64
Мы с Незабудкиной жили в раю, не знали дайвинга. Но Наталья Аркадьевна Люську совратила. Протянула загубник, сказала:
— Закуси, дева. И окунись…
И Незабудкина познала:
Добро — это тыкать пальцем в бока коралловым рыбам.
Зло — это сидеть на Севере, где на весь город ни отдной мурены. Кроме Натальи Аркадьевны, конечно.
А вчера звонит Наталья Аспидовна, говорит: срочно смотрите кино про дайверов!