66,4 миллиона рублей! Именно столько поступило на банковские счета моего отца после выплаты всех полагающихся налогов, что позволяло нам нырнуть с головой в финансирование давно утверждённых проектов.
Конечно же, не менее половины этой суммы осталась в США для финансирования постройки нашего нового промышленного комплекса, так сказать полной переработки первичного сырья в конечное изделие — автомобиль. Там для этого как раз остался Лёшка в качестве представителя нашей семьи. Ну и двое братьев Рябушинских тоже, тогда как старший — Павел, вернулся вместе с нами на родину. У него, как и у нас, тут также хватало иных дел, требующих его непосредственного пригляда. Одних только банков под его управлением теперь имелось аж 4 штуки!
Находившаяся всё это время без моего внимания молодая супруга, конечно, высказала мне всё, что она обо мне думает, поскольку я, смалодушничав, оставил её на попечение сестёр и моей мама́ на весь срок беременности. Так что по возвращению в отчий дом к комиссарскому телу я допущен не был. Но на сынишку полюбовался вдоволь. На руках покачал. Погугукал. Козу ему пальчиками показал. В общем, повел себя как глупенький молодой папашка. Каковым я так-то и являлся. В прошлой жизни как-то не случилось обзавестись семьёй. А тут, гляди, заделался.
И тем больше у меня теперь было обязательств перед семьёй, чтобы уцелеть самому, обезопасить остальных и создать им всем такое будущее, какое не снилось самым оголтелым коммунистам. Причём в данном случае я имею в виду не то, чтобы вокруг не было богатых. А то, чтобы вокруг не было бедных.
И дорогу к этому светлому будущему мы планировали освещать исключительно электрической лампочкой! Ильич бы, тот, что будущий дедушка Ленин, несомненно, оценил, если бы вообще ведал о наших грандиозных планах. Не просто же так в течение всего времени моего отсутствия в стране специально нанятые люди скупали многочисленные участки земли по обоим берегам Волхова, начиная от порогов в районе железнодорожного моста и далее вниз по течению вплоть до Старой Ладоги. Скупали, переплачивая, где вдвое, а где и втрое, между прочим! Уж больно места там были благодатные и живописные, отчего люди не желали расставаться со своими дачами и усадьбами. Благо казённые земли там тоже имелись, и их вышло взять по средней рыночной цене в 56 рублей за десятину.
Но деньги и тут в конечном итоге решали, отчего к марту 1907 года я растратил ещё почти 10 миллионов рублей личных средств, но стал обладателем 80 тысяч десятин земли, включая ряд территорий, где велась промышленная добыча известняков для выделки строительных блоков и цемента. Ведь чего-чего, а того же цемента нам в ближайшие годы предстояло потребить огромное количество, учитывая моё желание создать на голом месте миниатюрный аналог города Тольятти.