К тому времени Акиса добралась до Зейнаб и поставила ее на ноги, потом усадила ее на лошадь, и они поспешили в лазарет.
– Если ты попытаешься бежать, я тебя прикую цепью, – предупредила Акиса Зейнаб, оставляя ее на попечение Субхи. – Я пойду искать твоего брата. Тебе это видеть необязательно.
Зейнаб пребывала в ступоре от боли и потрясения, а потому только после ухода Акисы поняла смысл сказанных ею слов.
Акиса не рассчитывала найти Али живым.
С того времени прошло несколько часов. Квадрат неба, видимый в окне, побледнел ранней утренней голубизной, алый цвет рассвета исчез. Но если рассвет остался позади…
На предрассветную молитву никто никого не созывал. От этой мысли ей стало нехорошо. Ни одного такого случая Зейнаб за всю свою жизнь не могла вспомнить. Впрочем, и она сама сейчас не была способна ни на какую молитву. Если бы она попыталась сейчас воззвать к господу, то начала бы рыдать и не смогла бы остановиться.
«Амма, ты мне нужна. Мне нужен Абба. Мне нужны мои братья».
Но никто из тех, кого она вспоминала, не отзывался, и Зейнаб набрала в грудь побольше воздуха, пытаясь успокоиться.
– Были какие-нибудь известия из дворца?
Врач отрицательно покачала головой:
– Все, что я слышала, – сплошное безумие. Люди кричат, что новый Сулейман пришел, чтобы отобрать у нас нашу магию и обрушить на нас гнев создателя.
– Ты в это веришь?
– Нет. – Субха посмотрела на нее темным взглядом. – Я думаю, боги давно умыли руки, забыли об этом месте.
Движение в дверях привлекло ее внимание, она посмотрела в ту сторону и увидела входящую Акису. Если она и почувствовала какое-то облегчение при виде Акисы, то оно было мимолетным. Акиса вся была в крови, а лицо ее стало пепельно-серым.
– Акиса! – Зейнаб дернулась было, собираясь броситься к Акисе, но боль в руке напомнила ей, что Субха еще не закончила накладывать лубок. – Помоги ей! Она ранена!
– Я не ранена. Это не моя кровь, – хриплым голосом возразила Акиса. Если она и была цела, то ее состояние оставляло желать лучшего. Она с трудом вошла и тяжело прислонилась к стене, ее убийственное изящество исчезло. Вид у нее был загнанный, Зейнаб даже не представляла, что ее горделиво резкая, казавшаяся бесстрашной подруга может так выглядеть.
– Ты нашла его, – с разбитым сердцем сказала она.
Акиса в ответ с трудом отрицательно покачала головой:
– Не Али. Я нашла Любайда. Его убил какой-то ифрит. – Слезы сверкнули в ее серых глазах. – Убил его ударом топора в спину. Вот ведь дурак. Ну, не должен он был погибнуть от руки ифрита.
Любайд. Говорливый друг Али с медвежьим сложением и повадками, еще один джинн, который оказался в Дэвабаде вследствие махинации Зейнаб.