– Удвойте это, и я сделаю так, что вас никто не побеспокоит.

Ну и ну. Кажется, кто-то слишком быстро отошел от испуга.

– Договорились, – согласился Дара и выколдовал еще горсть монет.

Барменша уважительно наклонила голову, а потом смела деньги в карман юбки.

– Этот Афшин говорит: заказывайте что хотите, – громко сообщила она, вынимая из шкафа несколько стеклянных бутылок. Одна была покрашена в серебристый цвет, другая была из голубого фарфора с вкрапленными в него драгоценными камнями. – Это его подарок.

Она принялась обходить клиентов одного за другим, а Дара опустил взгляд, склонился над своей чашей. Он сделал глоток вина, и, хотя на языке ближе к горлу у него осталось кислое послевкусие, вино вовсе не показалось ему таким уж отвратительным. Уши его обжигал шепот сплетен про него, и он чувствовал спиной все взгляды, устремленные в его сторону. Но хотя бы кровь не лилась. Пока.

«Ты сможешь», – сказал себе Дара; допив вино, он оперся о прилавок, дотянулся до черпака Рудабе, чтобы налить себе еще чашу вина. Это чем-то напоминало тренировку, разве нет? Короткие шажки, и все такое. Может быть, он сегодня не узнает никакой полезной информации о том, где ему искать таинственного ифрита, но хотя бы допить вино он сможет, вкусить мимолетно общественный настрой и уйти с миром.

Это не значило, что он собирался вести вежливую беседу с настоящим врагом.

ЗЕЙНАБ АЛЬ-КАХТАНИ ВОЗГЛАВИЛА БЫ ЕЩЕ ОДИН БУНТ РАДИ СМЕНЫ ОБСТАНОВКИ.

Все ее тело болело, она ерзала в седле, чтобы ослабить спазмы в пояснице, и чуть было не свалилась на землю, когда ее ноги онемели настолько, что она не могла толком обхватить лошадиное брюхо. Она со стоном села поудобнее, выплюнула песок, набившийся в рот. Зейнаб понять не могла, каким образом песок пробирается за материю, закрывавшую нижнюю часть ее лица. Она отказалась от всякого сопротивления, и приблизительно в это же время стуки в ее голове усилились до такой степени, что она слышала их ушами.

«Чего бы я только не отдала за ванну и нормальную постель». Зейнаб посмотрела, как там чувствует себя Акиса, не лучше ли, чем она. Воительница перед ней ехала с голой спиной на ориксе размером в два раза меньше ее, Зейнаб, лошади. Одной рукой Акиса лениво держалась за рог. Ее тело, окутанное облаком пыли, поднимаемой копытами орикса, изящно покачивалось, и вообще Акиса выглядела точь-в-точь как таинственная, наделенная сверхъестественной силой воительница из ночных людских кошмаров. Ее грязные одеяния полоскались на ветру, спутанные косы сдувало назад. Солнечные лучи отражались от трех пристегнутых к ней сзади кривых мечей, высвечивали их.