Ксения держала оборону достойно.
Она повела плечом, обронила что-то расплывчатое про дружескую попойку в баре и закрылась наглухо: пусть, мол, хозяин сам расскажет, если сочтёт нужным. Полунамёк прозвучал, а сути в нём не было ни на грош, отчего любопытство обеих только сильнее зачесалось.
— Ив, а правда, что у вас там стряслось? — Элиза развернулась уже ко мне, загоревшись детским предвкушением тайны.
— Да ерунда, — я отмахнулся. — Отметили с приятелями победу Рида на арене питомцев, только и всего. Ничего, ради чего стоит копья ломать.
Загадка от такого ответа не рассосалась, а только распухла. Обе барышни явно прикидывали в уме, что же я недоговариваю, и каждая дорисовывала картинку на свой лад, по-прежнему с подозрением смотря на залившуюся краской Ксению.
Тогда Селеста зашла с другой стороны.
— Положим, — протянула она, поправляя багровый рукав. — Только знакомство знакомству рознь. Одно дело подавать гостю чай, и совсем другое — стоять с человеком плечом к плечу в серьёзном деле. У нас, Холмсов, связи в этом городе открывают любые двери, в том числе и в Зоны Стабилизации, где прорыв на новый уровень идёт втрое быстрее. Такими вещами разбрасываются не перед каждым.
Ловко. Давит не близостью, а статусом и влиянием за спиной.
Элиза вспыхнула и пошла напролом.
— А я веду все его бумаги, — отчеканила она, вздёрнув подбородок. — Доки, поставки, доставка, счета. Господин Ив доверяет мне свои важные дела, а не светскую болтовню. На меня он может положиться в любой день, а не раз в сезон на приёме.
Ксения, до того молчавшая, усмехнулась краешком губ.
— Связи и бумаги, оно, конечно, важно, — обронила она, набравшись смелости. — Только я видела вашего хозяина таким, каким вы обе его и не видали.
Школьница и светская леди снова с подозрением скосили на неё взгляды.
М-да. Я слушал эту перестрелку вполуха, потягивая травяной чай, и про себя поражался, с какой лёгкостью три неглупые девицы превратили обычный обед в турнир, причём прямо при мне будто я здесь лишний. Ладно, пускай спорят, лишь бы посуду не побили.
В этот момент к столу подоспел официант с подносом, заставленным укрытыми тарелками, и принялся расставлять их перед дамами, завершая сервировку.
— Ну что, приступим? — я снял крышку со своего блюда. — Жаркое из медальонов Туманного Горного Василиска под перламутровым концентратом.
Над столом колыхнулась духовная аура, плотная и тяжёлая, и три барышни разом подобрались, ощутив её кожей.
— Такую… такую силу от тарелки с едой встретишь нечасто. Это настоящий Василиск? — Элиза смотрела на медальоны округлившимися глазами. — Откуда у тебя такая редкость? Их же почти не достать.