— Мастер Кири, видите, какую красоту мы строим? — с гордостью сказал Кай после очередного каменного блока, утирая пот со лба. — Деды так учили, и их деды так учили. У нас в роду каждый камень кладут как подношение духам — ровно и крепко!

— Ваше искусство достойно уважения. Так ровно положить — это не каждый умеет, — ответила я.

А что мне ещё оставалось? Не всегда «ровно и крепко» — это хорошо. Тут явно нужно другое искусство, вон же высокие сосны растут и ни одна не упала, а стена — пошла трещинами и обвалилась. При сильном смехе богов всё вновь посыплется.

Кай расправил плечи.

— Мастер Кири, не откажете в любезности? — Молоденький Лян обратился ко мне, щурясь от яркого солнца. — Сабуро новый раствор замесил, не поможете донести?

— Отчего же нет, — без раздумий согласилась я. Не зря ведь с утра в рабочее облачилась.

Труда не страшусь, а как стену починить — задача занятная, голова сама тянется разобраться.

Время до обеда пронеслось незаметно. Я по мелочи помогала мужчинам и раздумывала над тем, как построить стену так, чтобы она выдержала очередное внимание богов, когда за спиной раздались быстрые шаги.

— Прошу простить за опоздание, дела в замке задержали. — Рёллан появился из-за угла, на ходу поправляя рукава.

— Что вы, что вы, господин Рёллан-сан! — Нацуки тут же поклонился в пояс. — Вы не обязаны заниматься кладкой вручную, но мы только рады!

— Господин пришёл! — крикнул Лян, чтобы услышали рабочие в мастерской.

И меньше чем через четверть клепсидры я поняла, отчего мужчины так оживились.

Рёллан подошёл к тем самым блокам, которые Нацуки и Кай еле принесли с северного склона на носилках. Присел, взял два блока — по одному в каждую руку — и понёс к стене так, будто это были две пиалы с чаем. Я лишь тихо охнула, но мужчины, кажется, привыкли к силе господина.

«Это всё, наверное, у него специализированные артефакты», — подумала я, глядя, как драконий помощник играючи взобрался по лесам, приложил блоки к кладке, подправил и выровнял. А потом случилась магия. Рёллан поднял ладонь, и из пальцев потёк тонкий язычок пламени. Он как живой скользнул вдоль швов, и раствор схватился на глазах и начал твердеть и темнеть.

Позади стояла полная тишина.

Я обернулась — все шестеро замерли с инструментами в руках и смотрели вверх, не скрывая восхищения, хотя, очевидно, такое Рёллан проделывал не первый раз. На висках у него блестели капли пота, а на шее отчётливо выступила жилка.

— Как же хорошо, что Рёллан-сан нашёл для нас время сегодня, — тихо пробормотал Нацуки, подходя ближе. — Известковый раствор вступает в полную прочность за два или даже три месяца, а так, благодаря господину, у нас есть шанс успеть в срок до сезона дождей.