«Значит, пока я ужинала на балконе с видом на закат и думала про сердечные столбы и про то, как он смотрит на меня янтарными глазами, его невеста была занята делами. И прилетела, как только освободилась».

— Хорошая барышня, — добавил Хару с неподдельной теплотой в голосе. — Гостинцы всегда привозит. В прошлый раз целый короб засахаренных фруктов из дворца для нас принесла. Такая хрупкая, а всегда обо всех заботится.

— Замечательно, — сказала я.

Слушать хвалебные оды в адрес красавицы больше не хотелось.

Я подняла свитки и прижала к груди.

— Мастер Кири, вы куда? — удивился Нацуки. — Вы уже всё дорисовали? А можно взглянуть?

— Нет, простите, ещё не готово… Я устала, — ответила, тщательно сдерживая слёзы. — Пойду, пожалуй.

И пошла с ровной спиной. Маменька бы гордилась. Я брела мимо можжевельника вдоль дорожки, мимо папоротников у трещины, мимо молодых момидзи, которые сама высаживала и которые ещё не успели толком укорениться. Остров я за эти недели изучила хорошо, ноги сами понесли вниз по склону, туда, где тропинка сужалась и уходила к берегу. Грот я нашла ещё в первую неделю — когда искала растения для сада. Небольшой, укромный, с плоским камнем у входа, массивной каменной крышей, запахом моря и влажного мха. Хорошее место, тихое, только волны шумят да слышны крики чаек. А главное, никто из Цуру-дзё меня не увидит, пока я неподобающе выгляжу.

Я зашла внутрь и опустилась прямо на влажный песок. Свиток с чертежом сердечного столба всё ещё был в руках. Я не сразу заметила, что смяла его, теперь он был и вовсе в неприличном виде, чтобы его кому-то показывать.

«Ты собиралась кому-то его показывать, Кири?» — словно издеваясь, уточнил внутренний голос.

Ну да, Рёллану за ужином...

На этой мысли пальцы дрогнули.

За ужином. Я сидела на туфовом блоке, дорисовывала последние детали синбасиру и воображала, как вечером мы будем обсуждать крепления слоёв крыши башни и спорить, надо ли закапывать сосновый столб в основание или оставить его свободным, как маятник. А тебя, собственно, кто-то приглашал на ужин сегодня, Кири?

Нет.

Никто.

Ни слова не было сказано. Никакого «повар замариновал свинину с мёдом, я велел принести на двоих» или «сегодня варили лапшу по старому рецепту». Просто — ничего. Тишина. А я уже сама себе нарисовала ужин на балконе с видом на пенящееся море и свитки между пиалами.

Мысль была столь яркой и ослепительной, что я шмыгнула носом и зажмурилась. Дурная ты голова, Кири, дурная! Очевидно же, Рёллан знал, что сегодня к нему прилетит невеста. В том, что это именно невеста, я не сомневалась ни секунды. Разве так радуются посторонним барышням? Разве их придерживают за локоть или рукав? Разве к ним подходят так близко? То, что это не сестра, я знала точно. Рёллан за одним из ужинов упоминал, что у него шестеро братьев, и всё.