— Громов, это лишнее! — воскликнул Толик, но как-то не очень уверенно. Более того, он как будто бы растерялся.

Зарядив автомат, я бросил быстрый взгляд на крупнокалиберный ДШК. Тот был не заряжен, однако короб с торчавшей оттуда лентой стоял рядом. Привести его в боевую готовность займет секунд тридцать-сорок. Благо я хорошо знал, что это за агрегат и как им пользоваться.

Это грозное оружие, один только его вид уже мог напугать противника.

А объект приближался. Быстро, уверенно. Но наши же не ездят на такой технике… Или все-таки ездят?

— Громов, брось. Это лишнее, говорю же! — снова на лице Копчёнова появилось сомнение. А тем временем стало ясно, что к нам движется всего одна единица техники. Судя по цвету и типу, это белый пикап, в кузове которого тоже смутно различалось какое-то вооружение.

Расстояние меньше километра. Вокруг никого.

Я схватился за автомат. И как оказалось вовремя. Правда, я ожидал несколько другого, но то просто потому, что привык сражаться против афганских моджахедов, а исламисты воевали совсем иначе.

По нам открыли огонь издалека, не став проверять кто мы такие… Не прицельно, хаотично.

— Ложись! — заорал я, когда увидел вспышки со стороны машины неизвестного противника.

Не прошло и секунды, как пули застучали по земле, выбивая фонтанчики пыли, а затем и по металлу. Я тут же спрятался за корпусом УАЗа, а капитан как стоял, так и плюхнулся на землю. Вроде не попали.

Высунувшись из-за борта, я вскинул Калашников и быстро прицелившись, дал две короткие очереди по пикапу противника. Выждал пару секунд, дал ещё две очереди.

Машина противника резко вильнула в сторону и я увидел, что там в кузове был установлен ПКМ… Тоже лютая вещь, но все же не тяжелый ДШК с его смертоносными 12.7 миллиметрами…

Снова очередь, пули застучали по металлу, по стеклам.

— Цел? — крикнул я, выглянув из-за кузова и заметив, что капитан уже умудрился заползти под машину.

— Нормально! — донеслось до меня. В голосе чувствовалась какая-то боль.

Я снова открыл огонь по белому пикапу, бил только короткими очередями по три-четыре патрона. Это максимально эффективный метод использования автомата на средних и дальних дистанциях.

Не прошло и десяти секунд, как противник вдруг резко тронулся с места, развернулся и вдруг рванул прочь. По нам больше не стреляли, вероятно, у пулемётчика появились какие-то проблемы, либо со здоровьем, либо с оружием.

Опустив почти разряженный автомат, я визуально убедился, что противник не хитрит и, поднимая дорожную пыль, действительно уносит ноги.

— Ну, дела… — выдохнул я, отложив автомат. Затем склонился и заглянул под машину. — Лишнее, говоришь? Ну-ну… Цел или зацепило?