У нас работало два снайпера, был толковый пулеметчик, а все остальные знали АК-74 как свои пять пальцев. Когда американцы пытались обойти нас слева, они ненадолго столпились за укрытиями в непосредственной близости друг от друга. Мы дали залп из подствольных гранатомётов. И нужно признать — весьма успешно.

Кстати говоря, ещё до начала боя Смирнов вернул мне мой Винторез, а Шут получил назад свою СВД.

Еще я слышал, что несколько недель назад прапорщик Корнеев лично просил полковника Хорева сформировать обращение на оружейный завод, с целью глубоко модернизировать винтовку. Шут даже проблемные моменты обозначил и нужно сказать, весьма толково.

Старший офицер предложение прапорщика выслушал, но я не заметил явного энтузиазма со стороны командования. Да это и не так просто, как кажется. Завод не будет сломя голову бросаться по первому зову и в спешном порядке переделывать то, что и так уже почти тридцать лет хорошо работает. Главное в этом деле грамотно заинтересовать нужных лиц. Впрочем, полковник Хорев мужик умный, тактичный и скрытный, если его просят свои люди и если есть реальное обоснование, он с большой вероятностью поможет. Хотя бы запустит процесс.

— Не нравится мне это! — отозвалась Лейла, в перерывах между ведением боя, стреляя из своей древней винтовки. — Самолёт слишком большой! Его не должно здесь быть!

Ещё бы… На таком гиганте и лёгкую технику можно забрасывать, причем именно туда, куда и требуется. Правда, не с такой высоты. Да и с дорогами в горах напряжёнка — все разобьётся к чертям. Что-то мне в этом С-130 сильно не понравилось.

— Димон! — заорал я, привлекая внимание Самарина. — Стреляй по самолёту!

Тот сначала не понял, даже слегка растерялся. Ну да, стрелять из ПКМ по низко летящему огромному транспортному самолёту не самая удачная затея. Это как слону дробинка. Но она тем и хороша, что непредсказуема. С-130 шел на низкой высоте, быстро приближаясь в нашу сторону, чем являлся хорошей мишенью. Неужели экипаж намерен делать сброс?

Бомбардировщик из транспортника плохой, да и сама по себе идея достаточно безумная, но при острой необходимости, экипаж может проделать и это. Во Вьетнаме подобное проделывали.

Увидеть такое в кино — да пожалуйста, а на деле — весьма маловероятно. Чтоб пойти на такое ночью, на сверхмалой высоте да ещё и в горной местности на иранской границе — командир этого самолета должен быть либо отчаянным асом, либо полным безумцем.

Тем временем Самарин все-таки занял позицию и развернул пулемет. Дав пару коротких очередей, затем он приноровился и дал длинную. Расстояние до крылатой машины около двух километров и оно быстро сокращалось.