— А самому так записывать что-то можно? — логично поинтересовался я во время соответствующего урока.

— Нет. Вернее, — Лиззет прикусила губу, — есть ровно один народ, кто практикует такое письмо.

— И кто это?

— Иллитиды, — теперь понятно, почему в эмоциях аристократка стала куда как более смурной. — Их письменность называется «Квалит». Выглядит она как четыре параллельные полосы, каждая полоса имеет разную длину, и в каком месте они ставят разрывы этих полос, понимают только эти осьминогоголовые. И мой тебе совет: если увидишь такие полосы где-либо, даже не пытайся их читать — в самом лучшем случае отделаешься «всего лишь» мигренью на неделю, но многие вообще с ума сходят. И это если ты просто пытаешься воспринимать «Квалит» как текст и просто его читать, а под моим «Пониманием», — археолог кивнула на мою Книгу Заклинаний, куда я уже перенёс нужный узор-схему заклинания в двух видах исполнения, — у тебя мозги сварятся. Буквально.

— Бр-р, — счёл нужным выдать реакцию я, хотя и предполагал, что смогу такую «литературу» пережить без столь неприятных последствий, но ни просвещать о своих предположениях, ни рисковать, проверяя их, у меня желания не имелось. Впрочем, теорию о «вкладывании мыслей» в текст эта информация подтверждала, уж кому как не самым мощным псионикам мира использовать подобный метод?

Но тем не менее наше сидение на месте подошло к концу, и мы двинулись по уже знакомому маршруту в обратную сторону, вновь имея главной проблемой вездесущие кусты, стремящиеся зацепиться за поклажу, да мягкое одеяло мха, устилающее землю и очень любящее провалиться под ногой сразу по щиколотку. Особенно если ты тащишь сумки за себя и «вон за ту девушку». Сам-то по себе вес для меня был несущественен, но продвижение в некоторых ситуациях усложнял. А ещё заставлял хрустеть и чпокать почти при каждом шаге, чем неимоверно позорил мои навыки скаута. Впрочем, последнее волновало только меня…

— Н-да-а-а, хорошо быть полудемоном, — оценила Кембридж мои таланты на почве грузопереноски в конце первого дневного перехода.

— Я не полудемон, — заявляю чистую правду.

— Ага, как скажешь, — легко согласилась леди, — ты просто симпатичный молоденький паренёк, что спокойно десяток часов кряду тащит поклажу, от которой взопрел бы и огр, — и ехидства-то сколько! Ехидства! А ещё — веселья и самодовольства.

—… — Линвэль и Айвел молчали, но очень выразительно, да. Причём, даже будучи телепатом, я вот не был уверен, о чём они сейчас думают. Скорее всего, прикидывают, что может получиться при «смешении» дампира с тифлингом, в смысле, появлении дампира от тифлинга.