ноздри, потому что она меня слишком хорошо знает, и ей тоже хочется смеяться. – В номере на этот раз душ, а хотелось бы ванну принять. – Простите, Вера, – он искренне извиняется, – вам с Маргаритой достался с душем. Остальным предоставили с ванной. Это моя вина. Надо, конечно, было учесть, что хоть Маргарита и наша сотрудница, но вы-то! Вы клиент! Мне его становится жаль: бедолага, он искренне переживает. – Ничего страшного! – заверяю я его. – Просто имейте в виду, что тут не все номера с ванной. – Да-да, – кивает, – давайте в качестве компенсации я вас угощу. Что вы планировали сегодня пить? Мы еще не успели запланировать, и я машу рукой: – На ваше, Дмитрий, усмотрение. Его усмотрение выливается в прямом и переносном смысле в бутылку сухого розового. По бутылке скатываются капельки, и мне срочно хочется нарисовать – на первом плане бутылку с розовым, на втором – Попандопулоса с его колоритной внешностью. – За прекрасных дам, – предлагает он после того, как официант разливает нам вино по бокалам. Мы чокаемся, улыбаемся и благодарим. С соседних столиков к нам присоединяются, и все мужчины в едином порыве встают – за прекрасных дам. Красота! Наш бородач чуть смущен, но тоже встает. – Чувствуешь, какие у нас тут мужики, – шепчет мне Рита. – Прям, поручики. Мы снова улыбаемся во весь рот. А я думаю, как хорошо, что придумала лунного мужа, ведь не было бы его истории, не сидела бы я сейчас в такой теплой компании, дегустируя очередное вино. Нет, конечно, это не совсем Франция, не совсем Италия, не совсем Испания… Но я в какой-то момент перестаю сравнивать. Зачем? Я перестаю сравнивать Лешку с Сергеем, банк с художкой. Свою прежнюю жизнь с нынешней. – А ты выглядишь счастливой, – говорит мне Рита перед самым отъездом. – Я рада, что ты отдохнула. – Спасибо тебе, – я искренне ее благодарю. – За твое терпение, благородство, понимание, принимание. За эту поездку. – Ты поедешь к Сергею? – спрашивает она, хотя уже все понимает. – Нет, – мотаю я головой. – Нет, Рит, выдумке пришел конец. В последний день мы снова в Сочи, в том же отеле, что и в день прилета. Для нас устраивают фейерверк, накрывают прощальный банкет. Все довольны: и пары, и одинокие, сливавшиеся иногда ночами в безудержном сексе, и мы – с Попандопулосом. Я – потому что по-настоящему отдохнула, в кои-то веки, и все окончательно расставила по местам. Рита – потому что наконец-то отдохнула от Гришки и сыновей. Попандопулос – потому что тур прошел на отлично. *** Дома… Смотрю на рисунок «Ночь перед расставанием».