Бьярни понимающе склонил голову.

— Мы знаем про Тома, — глухо сказал он, — Отличный был механик. Болтал только много, ну в его-то годы почти у всех рот не закрывается. Некоторые седобородые и до сих пор, как молодые… — помолчав, Бьярни потёр большим пальцем край стойки, будто проверял, нет ли там скола или щепы. — Сейчас поищу кой-чего.

Развернувшись, Бьярни прошелся вдоль стойки, нагнулся и нырнул в какую-то нору под полками. Я осталась ждать, пытаясь не вслушиваться в гудение зала за спиной. Получалось не очень, все же гномы обычно говорят, а тем более спорят, довольно громко. Большей частью о совершенно недоступных пониманию других материях, вроде определения температуры при закалке с точностью до градуса или преимуществах и недостатках гвоздей трехгранного сечения перед круглым. Один раз прозвучало что-то вроде: «та самая, с гонок», но по большей части мое появление ажиотажа не вызвало.

Бьярни вернулся с бутылкой. Пыльной, бугристой, со стершейся до полной нечитаемости этикеткой. Порывшись под стойкой, он выставил рядом стакан, вернее, стаканчик. Небольшой даже по меркам людей и эльфов, орки наверняка смогут использовать его в качестве напёрстка.

— Берёг для особых случаев, — сообщил он, двигая бутылку и стакан ко мне. — Случай, похоже, хуже особого. Пить осторожно. Старый рецепт, сейчас такое редко варят, слишком сложно и долго. Это люди могут бросить в спирт елку и назвать получившееся пойло джином, а правильный женевер… короче, не пытайся влить в себя залпом, пей по глотку, — Бьярни с оценивающим сомнением глянул на меня и уточнил, — маленькому.

Я осторожно взяла бутылку. Стекло было прохладным, но внутри будто шевельнулось тепло. Запах сквозь пробку почти не проходил, только слабая травяная горечь, мёд и что-то хлебное, зерновое, глубокое.

— Спасибо. Сколько с меня?

— Нисколько. В следующий раз посчитаемся.

— Так не годится, — возразила я, выкладывая на стойку новенький скаттер с профилем Анритетты. Бьярни покосился на золотой, но брать его не стал.

— Два бочонка Саэлен Велай отправлю по прежнему адресу, — пообещал он. — А сейчас иди в третий зал, там небольшие столики, а посетителей, считай, почти нет. Если кто и появится, скажу, чтобы тебя не беспокоили.

— За это тоже спасибо.

Третий зал в самом деле оказался почти пустым. В одном из углов храпел, уронив голову прямо в миску с недоеденным рагу, молодой гном, в другом перешептывалась пара личностей, с надвинутыми на голову капюшонами, слишком высокие и худые для подгорных коротышек. Оценив длину моих ушей, они обменялись короткими репликами, после чего поднялись и ушли.