Не желая зря терять времени, Дивин схватил ракетницу, тщательно прицелился и пальнул в сторону «мессов». Пусть думают, что у русского пилота сдали нервы. Следом экспат убрал газ и перевел машину в глубокое скольжение с разворотом. Судя по поведению, гитлеровцы явно его заметили и резко увеличили скорость, чтобы не упустить. Вот это правильно, поддайте немчики, поддайте.

Экспат удирал во все лопатки, не забывая оглядываться. Главное, не прозевать момент, когда «мессер» начнет водить носом. И тогда сразу же маневрировать, сбивать ему прицел.

Ведущий гитлеровец с ходу ввел свою машину в левый разворот и со снижением пошел в атаку. Секунда, и первая очередь прошла совсем рядом с «кукурузником», Григорию удалось отклонить самолет в сторону в последнее мгновение. По спине пробежал неприятный холодок. Только сейчас лейтенант до конца понял, в какую авантюру ввязался. Немец-то явно настоящий ас. И стреляет здорово. С таким долго в кошки-мышки не поиграешь. Черт, да где же Каменский!

Стоит только попробовать начать выводить самолет из скольжения и фриц мгновенно его срубит, мелькнула лихорадочная мысль. Григорий сжался на сиденье в комок, ощущая физически, как наползает на него сетка чужого прицела. Вот сейчас громыхнет очередь и в его тело вопьются снаряды. Сердце колотилось в груди перепуганным зайчишкой. В висках стучали молоточки. Стремительно приближалась земля, спасительные верхушки деревьев, но экспат каким-то шестым чувством понимал, что не успеет, ему не хватит совсем чуть-чуть!

Новая трасса легла практически впритирку. Показалось, или У-2 вздрогнул от удара? Несколько снарядов прорезали крыло. Каменский, зараза, чего ты ждешь?!! Все... сейчас меня убьют. Следующая очередь ударит по кабине.

Странная апатия овладела вдруг Григорием. Он равнодушно, словно происходящее не имело к нему никакого отношения, обернулся и взглянул в глаза смерти, которая уже догнала его и летела за правым плечом.

Показалось, или он успел разглядеть белозубую улыбку фашиста. Что ж, смейся, гад, сегодня твой день.

Откуда-то сверху вдруг протянулись огненные плети. Хлестнули по «мессершмитту», разнесли в клочья фонарь и голова фашистского летчика разлетелась вдребезги. Вражеский самолет вздрогнул, резко клюнул носом и отвесно упал вниз. Истребитель Каменского пронесся совсем рядом.

- Есть! - заорал экспат. - Получи, сука!!!

Он перевел свой взгляд на второго немца. Тот попытался было резко уйти вверх, но «як» Костиного ведомого не дал врагу ни единого шанса. Мощный залп отрубил плоскость «худому» и тот закрутился в коротком беспорядочном падении.