Но вслух ничего подобного лейтенант, разумеется, говорить не стал, а с фальшивым сочувствием покивал головой и состроил соответствующую гримасу. Да, дескать, понимаю, годы берут свое. А что делать, все мы стареем потихоньку, такая, понимаешь, селявишка, черт бы ее подрал.

- Я смотрю, тебя можно поздравить? - показал взглядом на Звезду Махров.

- Воюю, как все, - равнодушно пожал плечами лейтенант.

- А вот здесь ты не прав! - не согласился с ним старик. - Как раз все воюют совсем по-другому. Я тут на досуге навел справки о тебе и что же? - он сделал эффектную паузу и вопросительно уставился на Дивина.

- Что? - насторожился Григорий. Разговор приобретал неприятный оттенок. Прежде всего тем, что было непонятно, доволен его поведением офицер службы времени или нет.

- А вот давай вместе поглядим, - предложил Махров и достал небольшой блокнот. Отставил его в сторону, как обычно делают люди, страдающие дальнозоркостью, и начал листать страницы. - Где же это у меня записано-то? А, вот, нашел! - Он торжествующе улыбнулся и победно взглянул на экспата. - Думал, поди, что никто этих художеств не заметит? Нет, брат, шалишь, все твои фокусы у меня на карандаш давным-давно взяты. Но, по порядку. Боевой порядок «круг» в полку своем внедрил?

- Предложил, - осторожно поправил его Дивин. - Только предложил.

- Допустим, - неожиданно легко согласился с ним Махров. - Но на внедрении все-таки настаивал, а потом еще на летно-тактической конференции представил собственные наработки, по более эффективному применению этого построения. Верно?

- Ну да, а что здесь такого? - искренне удивился лейтенант.

- А то, - наставительно поднял палец старик, - что в каноническом варианте истории это произошло лишь спустя год. И то, с большим скрипом. Вник? Поехали дальше. Дружку своему, истребителю, показал, как штурмовики сопровождать можно, не теряя скорости и маневра?

- Показал, - с вызовом бросил Григорий. - Потому что он мою шкуру защищал! Не хотелось, чтобы меня «мессы» сожрали, пока он телепаться будет.

- Не знал бы, что ты нелюдь, а не попаданец какой, прибил бы за бесстыжее воровство, - смачно припечатал Махров. - Формулу эту асы наши после тяжелейших боев на Кубани примерно через полгода потом и кровью начертят. Точнее, начертили бы. А, благодаря тебе, ее уже потихоньку изучают.

- В чем моя вина?

- Так просто все, - вздохнул вредный старикан. - Обучен ты гораздо лучше, чем любой современный пилот. Потому и бежишь впереди паровоза, время обгоняешь. А оно, видишь ли, страсть как не любит, когда его такими вот шпорами, да под брюхо, под брюхо! Лягаться начинает, беситься. И упаси тебя господь ему под копыта попасть, растопчет и не заметит.