Его объятия такие сильные, что я едва могу сделать вдох. Он утыкается носом в мои волосы, словно пытаясь запомнить мой запах.

— Может, я с тобой поеду? — в сотый раз предлагает он. — Не хочу тебя отпускать.

Его руки стискивают меня ещё сильнее.

— Всего одна ночь, — напоминаю. — Мы с тобой целый месяц вдвоём провели.

Он слегка отстраняется, его взгляд проникает в самую душу.

Что-то в мужчине настораживает, но я не могу понять, что именно.

И вдруг меня осеняет:

— Ты думаешь, я хочу сбежать?

Амир мрачнеет. Его лицо становится каменным, словно вырезанным из мрамора. Взгляд жёсткий, глаза темнее на тон, и в них читается что-то тревожное.

Он молчит, и я воспринимаю это как «да».

— Варь, зачем тебе сумки с деньгами? — его голос хриплый, почти надломленный.

— Для родных, — отвечаю я, улыбаясь. — Я завтра вернусь, обещаю.

Я привстаю на цыпочки, сокращая расстояние между нами, и накрываю его губы своими.

Это нежный, трепетный поцелуй. Попытка развеять его сомнения, сказать без слов, что всё хорошо.

— Заберёшь меня завтра? — шепчу я, едва отрываясь от его губ. — Здесь. В двенадцать.

У меня такое чувство, будто он вообще не моргает. Так пристально смотрит…

— Ну, если ты занят будешь, пришли Ивана…

— Сам приеду, — рвано выдыхает муж, как будто сдаваясь.

Он отстраняется и начинает вытаскивать сумки. Провожает до бабушкиной машины. Аккуратно ставит сумки на задние сиденья.

Амир впивается в мои губы страстным поцелуем. Долгим, тягучим, таким, словно он отчаянно не хочет отпускать. Я чувствую, как он намеренно тянет время, словно пытается запомнить вкус моих губ, запах моей кожи. Мир вокруг сужается до этого поцелуя, до его тепла, до его отчаянной нежности.

Вдруг, словно гром среди ясного неба, из-за спины раздаётся голос бабушки:

— Так, голубки, — говорит она нарочито строго. — Если мы через полчаса не приедем, Ксюша в истерике биться будет. Она одна в лесу осталась, если что.

Мы неохотно отрываемся друг от друга.

— До завтра.

Я чмокаю его в немного колючую щеку и сажусь в машину бабушки. Пристёгиваюсь и продолжаю смотреть на мужа, пока он не пропадает из поля зрения.

Да, это первая ночь после свадьбы, которую мы проведем не вместе. Но это же не повод для трагедии.

— Как у вас дела, Варюш?

Бабуля бросает быстрый взгляд в мою сторону. Машина трясётся, подпрыгивает на кочках.

Ох уж это бездрожье…

Я уже успела отвыкнуть от него!

— С долгами рассчиталась. Старого козла посадила, — отчитываюсь я. — На море съездила.

— Я про вас с мужем спрашивала, — уточняет она, улыбаясь. — Не обижает тебя?

— Нет, он… изменился, что ли. Так старается…