Амир прижимается ко мне и нежно проводит носом по моей коже, словно пытаясь успокоить. Тихим, заботливым голосом спрашивает:
— Ну ты чего?
Его взгляд полон обожания, и в этот момент он кажется таким мягким и заботливым, как большой кот, который ищет тепла и внимания. Совсем не похож на того грозного мужчину на фотографиях…
— Я на твоих друзьях всё уголовное право вспомнила, — жалуюсь я, чувствуя, как в голосе проскальзывает истерика. — Теперь я к ним и близко не подойду.
— Варь, они сами к тебе подойдут. Марк и Хмурый тебя за одну из своих считают. Для Марата ты вообще как младшая сестра. И для них всех — моя женщина. Тебя никто не обидит. Я не позволю, — Амир целует мою щёку. — Не бойся…
Амир крепче обнимает меня. Его тепло и терпкий мужской запах успокаивают, отвлекают от мыслей. Я чувствую, как его рука нежно гладит мою спину, и это немного помогает.
— А кто сделал эти фотографии? — спрашиваю шёпотом. — Кто дал их моему отцу?
— Меня больше интересует кому и что ещё сливает эта крыса.
Один из его работников — предатель? И он… может быть очень близко?
Глава 21
Современная картинная галерея, залитая мягким светом. Вокруг нас — элита, высшее общество. Это мой вечер отдыха, попытка Амира вырвать меня из рутины рабочих будней и отвлечь от навалившихся проблем.
Я чувствую себя немного не в своей тарелке, но стараюсь соответствовать. Шикарное голубое платье подчёркивает фигуру. Высокие каблуки добавляют роста и уверенности, а укладка и макияж завершают образ.
Я знаю, что выгляжу хорошо, но всё равно ощущаю напряжение. Сколько потратила времени на сборы, а в голове всё равно сплошные цифры и цепочки взаимосвязей, которые я уже две недели пытаюсь выстроить в схему. И складывается она не так быстро, как мне бы того хотелось.
«Интересно, сколько времени отец потратил на свою?»
Мы останавливаемся возле огромного полотна, абстрактного и вызывающего. Я поворачиваюсь к Амиру, слегка улыбаясь:
— Не знала, что ты ценитель изобразительного искусства…
Огромный, внушающий страх торговец оружием, чьё имя ассоциируется с силой и опасностью. И вдруг — картины. Это настолько неожиданно, настолько несочетаемо, что мозг отказывается это воспринимать.
Мускулистая рука нежно обвивает мою талию, притягивая ближе.
— А ты не заметила мою коллекцию?
Коллекция?
Да, картин у Амира действительно много. Они украшают каждую комнату, каждый коридор, создавая целые композиции.
— Я думала, что это просто дизайн такой, — бормочу я, чувствуя, как смущение заливает щёки. Неловкость смешивается с каким-то странным, необъяснимым чувством.