Отец Алисы вытаращил глаза, не донеся до рта ложку с наркотой. Он так и сидел перед ней, не закрывая срамного отверстия. Почти минуту.

— Ты… почему не ешь торт, дочка? — каким-то другим голосом уточнил Алисин отец, и Майя съёжилась. Опустила взгляд в свою форму «тарелку». От неё поднимался непристойный и опасный запах, с которым сложно было бороться.

От одного раза ничего не будет…

Но тут, в Срамном измерении? Так ли это?..

Если сейчас она откроет этот ящик Пандоры… Не получится ли, что Майя начнёт скупать наркотики в таких же безумных количествах, как этот «Бисквитный торт», устраивать трансляции с ними, не станет ли она зависимой за оставшееся время настолько, что уже не сможет бросить пагубную страсть в реальности?

Майя сглотнула. Срамной аромат вызывал обильное слюноотделение. Дома Майя старалась выбирать наркотики, обладающие минимальным запахом. Ведь это — один из рычагов воздействия на рецепторы. То, что помогает сорвать «стоп-кран».

Отец Алисы смотрел пытливо, словно бы поставил себе задачу подсадить на наркоту как можно больше других людей, поделиться собственной проблемой.

Он был так кричаще-сладострастен…

В какой момент этот мужчина перешёл черту? Ещё молодым, или, прости господи, вообще в детстве, что тут, на просторах Срамного измерения, где детей накачивают психотропами собственные родители, будет совсем неудивительно? Он уже прочно сидел на наркотиках, когда была зачата Алиса? Заложил ли он и в неё свою невоздержанность? Генетикой или пагубным влиянием…

Майя никогда не могла до конца понять умом, как люди становятся толстяками. Они ведь не могут не видеть визуальные результаты своей зависимости. Почему же не берут себя в руки, не ложатся на лечение, если не хватает собственной силы воли?

Или каждый раз кажется, что от ещё одного разочка ничего не изменится? От одного кусочка сильнее не поправишься. От одной конфетки не получишь зависимость…

Кремовая розочка нежно-розового цвета щерилась лепестками, словно лезвиями.

В Срамном измерении есть традиция, что угощение — признак гостеприимства. Не накрыть стол для визитёра — это дурной тон. Также отказ от употребления пищи хозяина — что-то вроде оскорбления, как и отказ от угощения. Всё это она выяснила вчера вечером, когда гуглила ту или иную странность, натыкаясь на поразившую сцену в кино.

Если Майя не употребит наркотик, отец Алисы обидится на неё?

А ведь её героиня жаловалась на очень плохие отношения с семьёй. И тут выходит, что Майина деятельность спровоцировала Алисиного отца пойти на примирение первым. Будет просто свинством…