Количеством солёных овощей, помещённых на этот стол, можно было бы питаться целую зиму! Неужели придёт толпа? Но если так, куда же все сядут?

Нарезанный, а значит, подразумевающий полное и скорое употребление (иначе засохнет) хлеб разных оттенков наполнял плетёные корзинки. Свежие овощи тоже были разделены на фрагменты и разложены по тарелкам узором. Так же поступили с сыром и разными (Майя насчитала больше семи видов!) колбасами.

— Садись, садись, девочка! — похлопала Майю по плечу какая-то старушка. — Голодная, небось, с дороги. Кушать-то много стала, уж мы насмотрелись! Но на покупном долго не проживёшь!

Под прицелом стольких глаз было мучительно некомфортно притрагиваться к непристойностям, но, начавшие наперебой расспрашивать Майю о блоге, люди за столом синхронно потянулись за тарелками и без застенчивости принялись класть себе самые разные продукты питания на круглые формы «тарелки».

— Вот ты надумала! — хвалил муж Алисиной сестры. — Уникум! И что, правда, денег столько шлют? Уж тесть такого нарассказал по телефону!

Говоря всё это, полный мужчина с неизвестным Майе именем поднялся на ноги и взялся за бутылку с алкоголем для употребления через рот, которую открыл и начал наливать жидкость в крошечные рюмки.

— Это я не хочу, — быстро сказала Майя.

— Вот ещё! — возмутилась пенсионного возраста голая тётка в нарядной старомодной кофточке. — Уважить нужно семью, девочка! Так пропала, ни с кем не простилась, хвост нечего распускать.

Уловить связь между уважением и заливанием в организм отравляющих спиртосодержащих жидкостей через интимное отверстие Майя не смогла, но пить водку пришлось. Да к тому же скоро оказалось, что пить её следует много.

Опустошённые полностью в широко раскрываемые для этого мужчинами и едва приоткрываемые женщинами рты, порции неразбавленного алкоголя зажёвывали вымоченными в солёной воде овощами. Перед опорожнением ёмкостей «рюмок» оказалось принято говорить небольшую речь. Потом Майя жмурилась: слишком уж показательно разверзали нутро представители противоположного пола. Впрочем, она успела заметить, что и они потом почти все с силой, до морщинок вокруг глаз, стискивали веки.

После первого вливания все синхронно, словно персонажи безумного театрального действа, долго тренировавшиеся и репетировавшие, потянулись к тому, что развратно будоражило воображение на столе.

Приборы для пищепринятия застучали о «тарелки». В этом доме тупые ножики не использовали, только вилки, и ложки — но те в основном торчали в блюдах салатов. Продукты питания спокойно хватали руками или тыкали в них личными приспособлениями на общих плоских формах.