Тут же около колбасы бесстыдно покоились в глубоком блюде яблоки и груша. И ещё — упаковка от сахаросодержащего товара, яркая, броская и… с нарисованным шоколадным рулетом в глазури, скабрезно украшенном клубничкой!
И не одной предупреждающей надписи.
С наркотиками Майя была очень осторожна. Конечно, пару раз в месяц позволяла себе небольшое сладкое изделие, но никак не чаще! Ведь сахар вызывает стойкое привыкание за очень, очень короткий срок! А этот рулет, судя по упаковке, был просто огромного размера! И ведь мучную наркоту долго хранить нельзя, она засохнет и станет непригодной. Выходит, Алиса… употребила целый рулет за день, ну максимум за два.
О-ла-ла, оказывается, её ГГ — наркоманка. Вот это неожиданно.
Настроившись ничему больше не удивляться, Майя открыла дверцу холодильного шкафа, да так и застыла, вытаращив глаза.
Чего в нём только не было!
Сыры и колбасы, смешанные готовые (!) салаты в, очевидно, заводских упаковках, и с изображением этих самых беззастенчиво нарезанных и измазанных усиливающими вкус соусами квадратных кусочков! Невероятное обилие дорогих овощей, некоторые из которых начали гнить — а Алиса ещё сказала ей экономить, притом, что накупает такое и не использует! Странные круглые кастрюльки с самым разнообразным содержимым.
Наиболее диковинно выглядела ёмкость металлического цвета с ярко-красной жижей, в которой плавали, кажется, разваренные части нарезанных овощей. Пахло странно и возбуждающе.
Так и захотелось попробовать!
Майя резко задвинула ёмкость в холодильный шкаф.
Ну и взбредёт же в голову! Это уже тлетворное влияние Срамного измерения на психику, что ли?
Не так её воспитывала мать, чтобы Майя могла подумать пробовать кем-то чужим приготовленную пищу, да ещё и, скорее всего, женщиной! И даже нюхать!
Но то, что в заводских упаковках…
Майя ещё раз приоткрыла холодильный шкаф и уставилась на прямоугольник золотого картона, где под плёнкой манили бесстыдно нарезанные кольцами кусочки колбасы.
Осторожно взяла необычную упаковку. Ни одного возрастного маркера! А как пахнет!
Открытая… Алиса трогала эту пищу. Но не руками же!
Майя принялась выдвигать и распахивать ящики в поиске пищевых рукавиц, и только потом вспомнила, что ей говорили: принимать питание нужно какими-то специальными приборами. Но ничего не походило на приборы, для этого предназначенные. Хотя ножи лежали со странными штучками на длинных ручках. Их было два вида: округлая и глубокая, как наконечник пищевой рукавицы для кормления детей до трёх лет, только большая. И вторая — с зубьями, словно обломок гребня. Но как это использовать-то?