Сможет ли она как ни в чём не бывало пройтись по улице нагишом?

Не так сразу.

Алиса что-то говорила о масках.

Майя огляделась и залезла в выдвижные шкафчики под вешалкой. Нашла странные тряпицы с ремешками. Примеряла. Они едва прикрывали щёки, сбоку при малейшем неловком движении или порыве ветра можно было бы разглядеть губы. Ох. К тому же у этих тряпочек не было кольца, ткань прижималась ко рту, мешала, да ещё и могла вульгарно намокнуть от выделений. А ремешки оказались тряпичными, растянутыми, так и норовили свалиться с ушей.

Оно ведь стиранное, верно? Не могла же Алиса положить в шкаф ношеные маски?

Как бы то ни было, выбирать не приходилось.

Второй проблемой оказалась обувь: все Алисины туфли и босоножки были Майе велики. Кое-как подобрав шлёпанцы, в которых можно было почти не спотыкаться, она ещё раз внимательно оглядела себя в зеркале с обоих боков, насколько это было возможно. Потом открыла дверь, сняла с крючка ключи, выкатила куль в тамбур и заперла замок. Дальше следовало всё-таки как-то это дело нести.

Обхватив баул руками, Майя воспользовалась лифтом, хотя нужно было преодолеть всего один пролёт. А на выходе столкнулась с голой бабкой!

Морщинистый проваленный рот без зубов приковал к себе ошалелый взгляд Майи, она так и вжалась в заднюю стенку лифта, выставив между собой и престарелой бесстыдницей мусорный свёрток.

— Тебе плохо, милочка? — прошамкала бабка, и между её верхней и нижней губой натянулась и лопнула белая ниточка.

Нужно вести себя естественно, естественно! Это просто голая старушка! Нельзя паниковать!

— Г-голова закружилась, — промямлила Майя и выпихнула себя и задевший дверцы пакетище из лифта мимо посторонившейся извращенки.

«Нельзя относиться к людям без буйосет, как к извращенцам!» — убеждала себя Майя, толкая подъездную дверь.

Мусорный бак было видно от крыльца, и Майя постаралась сфокусировать взгляд на нём, не глядя по сторонам. Руки дрожали. Неловкость давила на затылок.

Добравшись до забранных сеткой-рабицей контейнеров, Майя едва подавила что-то вроде стона.

Развороченные ошмётки каких угодно пищевых продуктов валялись там на самом виду. Объедки, коробки, формы с пошлыми рекламными картинками, целые куски выброшенной пищи — всё это даже стеночкой какой не закрывалось!

Взгромоздив туда же свой целомудренный куль, Майя отшатнулась: запах! Адская смесь гнили ударила в нос, хотя из-за конструкции местных масок-тряпиц, и он тоже был закрыт тканью.

А мимо прошла женщина с ребёнком.

Вот это да.

Майя отбежала от срамных контейнеров и огляделась.

На детской площадке сидели двое парней в спортивных штанах и майках. Доставая из ярких упаковочек какие-то небольшие чёрные зёрнышки, они прямо голыми руками подносили их ко ртам, размыкали губы и давили на зёрнышки зубами. Сплёвывая себе под ноги отделяющиеся при этом ошмётки, они, очевидно, оставляли какую-то часть во рту, пережёвывали и глотали.