Однако сбегать я не собирался. Это в любом случае было невозможно с учётом физических возможностей троицы гладиаторов. Да и оставить Даргана, не только как-то прознавшего о готовившемся на меня покушении, но и нашедшем в себе смелость за меня вступиться, я не мог.

К сожалению, моим главным оружием, тем более в бою против таких как они, до сих пор оставался мозг. Проводник Потока был уникальным существом, но это не значило, что он был всемогущим.

Достижение сферы Течения и её первого уровня — Ряби, по идее предполагало возможность напитывания тела и мышц Потоком для дополнительно усиления поверх и так сверхчеловеческого уровня, дарованного Полным Штилем.

И я мог это сделать, но, по очевидным причинам, лишь на теле Ана. Мой организм по прежнему не мог удерживать в себе Поток и техника, естественным образом открывавшаяся на уровне Ряби, на меня никак не действовала. Энергия просто утекала сквозь моё тело, как вода сквозь решето.

С учётом того, что уровня Ряби я достиг совсем недавно и усиление в любом случае было небольшим, максимум, на что был сейчас способен Ан — это поднять своими лапками пару килограммов веса.

Для существа длиной в пять сантиметров — невероятное достижение. Но против гладиаторов Львиной Арены, которые по стандарту должны были находиться как минимум на уровне Волны — довольно бесполезное.

При этом также, как я научился вытаскивать Ана из своего тела в любой месте, проводящем Поток, в сфере Течения мне открылась возможность повторять то же самое с его паутиной.

В этом плане я был даже круче Питера Паркера, без особых проблем выпуская паутину хоть из запястий, хоть из пальцев, хоть из языка. Правда, «стрелять» паутиной я уже не мог. Как и любой порядочный паук, я должен был сначала зацепить нити за что-то, а потом вытянуть их из себя.

Без точки зацепа нити выходили из кожи невообразимо медленно и тут же бессильно и грустно висли. Не думал, что скажу такое после перерождения в другом мире и создания энергетического паука из собственных пальцев и хтонической энергии, но иногда происходящему со мной не хватало нереалистичности.

Откатившись на несколько метров, я резко застопорил правое колесо левой рукой, ощутив, как защемляет половину мышц спины. В следующую секунду меня начало резко заворачивать налево и один из напарников Лютого, рванувшийся за мной вдогонку, вхолостую схватил пальцами воздух, проскочив мимо.

А ещё через секунду его ноги зацепились за десяток нитей, протянувшихся от стены до моей правой ладони.

Меня дернуло так, что едва не перевернулось кресло, а плечо жалобно взвыло, почти выходя из сустава. Благо, я успел откинуться максимально назад, будто подцеплял огромную рыбу, и, наплевав на возможность опрокидывания, отпустил колесо, ухватившись левой рукой за правое запястье.