Глава 7
— Чего?
— Перерожденная душа.
— Я и в первый раз услышал. А ты услышал мое: «Чего?»
— Ну… да.
— И?
— Прекращай притворяться, Лейран!
— Это ты прекращай! На ужине неправильно тебя понял, признаю. Но сейчас ты что-то совсем странное городишь. Какие еще души?
Несколько секунд он сидел, разглядывая меня настолько пристально, что, даже если бы я действительно не имел ни малейшего понятия о том, о чем он говорил, мне стало бы не по себе.
Тем не менее, благодаря титаническим усилиям мне как будто бы удалось сохранить удивленно-наивно-невозмутимое выражение лица, такое, какое и должно быть у человека, впервые услышавшего о чем-то подобном.
— Ты правда не понимаешь, о чем я говорю? — настороженно спросил он наконец.
— Ну я могу догадаться, как бы несложно. Но я сильно сомневаюсь, что такое в принципе возможно, и уж точно не со мной. Ты откуда вообще такую идею взял?
— Ты слишком умен, спокоен и колок для ребенка, которого с самого детства валяли в грязи все, кому не лень.
— Вот уж спасибо за честность, — ухмыльнулся я. — Ты, кстати, не многим лучше остальных, дядь.
— Я и не отрицаю, — развел он руками. — Таковы неписанные правила клана. Слабые становятся ступеньками для сильных. Не я их установил и не мне их менять.
— Ага, вот только в этой аналогии я — не ступенька, а придверный коврик. Встав на меня, выше не заберешься и единственное, на что я годен — это вытирать об меня ноги. И раз я не мог отвечать своим старшим братьям и сестрам физически, мне пришлось вырасти психологически, чтобы давать им отпор хотя бы так. Давай признаем: если бы я не стал таким, какой есть, в лучшем случае сейчас был бы безвольным забитым подобием человека. В худшем же свел бы счеты с жизнью в тот же день, как отец подарил мне кинжал. У меня, кстати, до сих пор есть подозрение, что он мне его дал именно для этого. Ну или может быть надеялся, что я брошусь с этим ножом на него.
— Раган так бы не сделал, — мотнул головой дядя.
Я фыркнул.
— Опусти глаза на свою сломанную руку и скажи мне это еще раз. Мне, конечно, лестно, что ты на основании моего уровня интеллекта и осознанности решил, будто я переродился в этом теле. Но причина куда прозаичнее.
— Может быть все так, как ты говоришь, — кивнул Риган после недолгого раздумия. — А может быть ты просто достаточно убедительно лжешь. Я не знаю и, честно говоря, это не важно. Потому что я все равно расскажу то, что собирался. Если я неправ, то хуже от этого никому не будет. А если прав, то, возможно, это сможет кого-то спасти.
Я приподнял бровь. Такого, как сейчас, я Ригана никогда в жизни не видел. Ощущение было такое, будто он готовится рассказать мне о смерти матери, только не из этой жизни, а из прошлой.