Лицо Этана искривилось еще больше. Он смерил взглядом моего телохранителя, но, должно быть, как и я быстро понял, что им с ним не тягаться. Для того, чтобы отразить одну пулю другой пулей был необходим заметно превосходящий уровень навыков, против которого близнецы даже вдвоем мало что могли сделать.

— Что… — он будто давился этими словами. — Что ты хочешь за свое молчание?

Господи боже, как все отлично складывалось! Мне, по сути, даже делать ничего не пришлось, оказалось достаточно убедить одного, что я неожиданно стал лучшим другом отца, а другую довести до белого каления!

Однако наглеть все-таки не стоило. В конце концов покорность Этана по большей части основывалась на моем блефе.

Если бы он знал, что отец все еще меня не жалует, а бугай, отразивший пулю Потока Ивы — скорее мой соглядатай, он смог бы спокойно выдохнуть, осознав, что способов донести до главной ветви информацию об уровне Ивы у меня в действительности не было.

— Во-первых, расскажите, почему уровень Цунами — это секрет.

— Мириа ол Регул, — тяжело вздохнув, ответил Этан. — Она — безусловный лидер всех, кто сейчас проходит «три года», и настоящий тиран, использующий свой талант и уровень Вихря для подавления младших. Всех, кто достигает Цунами, она либо заставляет служить ей, либо нещадно уничтожает. Так что мы хотим дождаться окончания ее «трех лет», чтобы раскрыть свои уровни.

Я присвистнул. Вихрь — первый из четырех уровней сферы Буйства Стихий, подразумевающей придание нейтральной энергии Потока определенных свойств вроде остроты, прочности или тяжести.

Пули Потока, выпущенные кем-то на уровне Вихря, вполне способны даже кого-нибудь вроде Ивы и Этана отправить на больничную койку. Меня же такая пуля просто разорвет на куски.

Насколько я понял по словам Этана, Мириа находилась на последнем году обучения, то есть ей было девятнадцать с половиной. Вихрь в таком возрасте — это уровень, на основании которого можно было даже в главной ветви претендовать на весомую позицию.

Близнецам, с самого рождения привыкшим собирать на себе все восхищенные взгляды и хвалебные эпитеты за свой талант, на фоне этой Мирии должно было быть ой как непросто.

Но, конечно, мне их было совсем не жалко.

— Я запомню это имя, — ухмыльнулся я. — Если вы еще раз попытаетесь мне мешать, я буду знать, кому кидать весточку. Это, кстати, было «во-вторых». Больше не лезьте ко мне. Забудьте о моем существовании.

— Хорошо, — кивнул Этан, после чего, прождав несколько секунд и не услышав ответа сестры, с силой ее тряхнул.

— Да, ладно! — буркнула Ива, — отпусти меня уже!