— Я рад с вами познакомиться, — слегка поклонился я.
— Добрый день, — очень тихий голос, я едва его слушал. — Я тоже рада с вами познакомиться. Я лучше пойду, чтоб не…
— Посиди с гостем, Хуикинг, — добрейшим голосом сказала Янмэй, при этом её рука легла той на плечо, и я хорошо видел, как её пальцы впились в девушку. Да и голос был таким добрым, что вызывал лёгкую жуть, будто она угрожала. — Я пока схожу, распоряжусь, чтоб нам приготовили чай. Томас, я вас оставлю с ней, хорошо? Чувствуйте себя как дома, но не настолько, чтоб совращать мою сестру, — улыбнулась она. — Если только не собираетесь вести её под венец.
— Я обязательно над этим подумаю, — кивнул я.
Янмэй одарила меня улыбку, похлопала сестру по плечу и удалилась.
Сто процентов, что этот цирк — её рук дело.
— Рад с вами познакомиться, Хуикинг, — кивнул я. — Ваша сестра тепло отзывалась о вас.
— Не могу сказать то же самое, — очень тихо, но твёрдо отозвалась Хуикинг. — Мне приходилось слышать о вас, Томас, и я не привыкла скрывать всё под улыбкой и лестью, делая вид, что мне приятен человек передо мной.
Вот тебе и познакомился, называется.
Было, кстати, удивительно слышать такую твёрдость в такой тихоне, которая ещё и намеренно волосы распустила так, чтоб скрыть лицо. Кстати, как я вижу, у неё действительно нет правой руки по локоть. Ну… видимо, у нас есть что-то общее: у неё нет руки, а у меня указательного и фаланги среднего. Считай, уже чем-то схожи.
На такую тихую агрессию я отреагировал спокойно.
— Да я и не просил вас, Хуикинг. Кстати, вы можете убрать волосы с лица, чтоб я мог вас видеть? Раз уж вы привыкли говорить всё в лицо, то не будете же прятаться за собственными волосами? А то выглядит… немного странно.
— Это моё дело, — ещё тише ответила она.
— Привыкли говорить всё напрямую? — усмехнулся я. — Уважаю. Но такая манера общения не сильно отличается от тех, кто улыбается в лицо. Это выглядит… даже ещё хуже, чем лесть.
Если Янмэй думала, что, поговорив с Хуикинг, я как-то проникнусь ей, то сама девчонка делала всё с точностью да наоборот. Выстраивала между нами самый настоящий забор, чтоб прервать со мной любой контакт.
Я уже не стал говорить, что говорить, пряча лицо за волосами, попросту некрасиво. Это не оскорбление, но явное и прямое неуважение к человеку. Неуважение можно проявлять по разному, но правило всегда одно — не открытым текстом. Здесь это сделано открытым текстом. За подобное в высшем свете не тронут, но могут загнобить, даже если ты прав. Всё зависит от ситуации. А вот так, в лицо, сообщать собеседнику подобное — уже оскорбление. Можно сказать, что нет настроения разговаривать. Будет всё прекрасно ясно, но по крайней мере никакого оскорбления не будет — ну не хочет человек сейчас разговаривать, ты же не станешь его заставлять, верно?