вместо себя чужачку, чтобы отвлечь внимание вампиров, а потом спокойно поехала на байке в свой загородный дом, найти который у Гила не получилось до сих пор, а ведь он даже мага для этого нанимал! Если так… слов нет! Какая же потрясающая у него невеста! Знает, как раззадорить жениха, подогрев его охотничий азарт. И внешность у нее роскошная, и мозги есть, и характер — мечта, а не женщина! Замечтавшись, вампир чуть не выпал из укрытия. Герда тем временем, сняв шлем, что-то втолковывала оборотню, внедорожник которого перегородил ей дорогу. Тот почесывал здоровенной пятерней светловолосый затылок и откровенно разглядывал блондинку. Слишшшком откровенно! Гилу казалось, что еще немного — и эта гора мышц по-хозяйски стиснет ее упругие бедра, обтянутые кожаными штанами, сомнет высокую грудь и вонзит клыки в нежную шейку под гордо вздернутым подбородком… Картинка была такой яркой, что вампир испытал внезапный прилив возбуждения, замешанный на возмущении. Он на миг зажмурился, прогоняя наваждение. Затем открыл глаза, убедился, что вер и его собеседница по-прежнему стоят на расстоянии вытянутой руки, о чем-то оживленно споря, и разочарованно, то есть с облегчением выдохнул. Говорила преимущественно Герда, а оборотень лишь недоверчиво хмыкал, кривя наглую рожу, которую кулаки так и чесались подправить. Если бы не сломанная в двух местах рука, Гил именно это бы и сделал. Пока же приходилось просто наблюдать, вслушиваясь в чужой разговор и тренируя собственную силу воли. Кажется, вер требовал отвезти его к вожаку, а ампира — уступить ей дорогу. Он обвинял детей ночи в нападении на своего предводителя, а она его — в незаконном удержании усталой женщины, которая едет отдохнуть перед очередной сменой. И оборотень, и Герда угрожали устроить друг другу «веселую» ночку, если их условия не будут выполнены, сами же идти на компромисс не желали. Гила так и подмывало красиво спикировать со своего насеста, наплевав на переломы, и утереть блондинистому выскочке нос, указав на настоящего похитителя варгара. Вернее, на похитительницу. Но он продолжал сидеть на дереве, которое стояло у обочины, надеясь, что эти двое разойдутся миром, и Гил, проследив за невестой, которой раньше каким-то образом удавалось уходить от погони, сегодня наконец-то выяснит, где именно находится ее убежище. Тем временем возле дома ампиры… Итан терпеть не мог чужие умные дома мрачной наружности, и на то были свои причины. В детстве он по дурости влез в такой особняк, после чего неделю заикался и чихал, отсидев