Для жены, мне кажется, молодая слишком. Кто же тогда? Дочь, сноха? Хотя без разницы. — Добро пожаловать в Заречье, госпожа ведьма, — поприветствовала елейным голосом волчица… почему-то меня, а не Эсми. Вовремя спохватившись, она проявила гостеприимство и к моей бабушке тоже. — Завтра по случаю полнолуния состоится праздник. Там и возвращение Миккеля отметим. Порадуете нас своим присутствием, гостьи дорогие? — спросила она, судя по немому вопросу в глазах толпы, от лица всех собравшихся. А куда мы, блин, денемся-то? Это ж, как понимаю, только малая часть стаи, остальные позже подтянутся… на залетных ведьм посмотреть. И лучше пусть делают это на празднике, чем в окна заглядывают. — Конечно, — одновременно с Эсми ответил варгар. — Спасибо за приглашение. — Я тоже выдавила улыбку, чтобы не отставать от коллектива. Молодуха, шпыняющая седовласого мужичка, мне не понравилась. Слишком льстивая с нами и слишком грубая с ним. В семье у них могут быть любые порядки, но зачем публично-то «скалкой махать»? Неприятно. — Ты, правда, один в лесу жил? — спросил какой-то мальчик Миккеля, неподвижно стоявшего все то время, что Итан нас представлял. Ко мне волчонок не жался, как в машине — очевидно, считал это чем-то постыдным, но и расслабиться он тоже не мог. — А что ты там ел? — принялись засыпать его вопросами ребятишки. — Страшно было? — А совы нападали? — А дикие веры? — А вампиры? Ладно совы, но вампиры-то в лесу откуда? На сов охотятся, что ли? Хотя да, некоторые охотятся… правда, на невест, а не на сов. — А к ручью желаний ходил? — сложив ручки лодочкой, выкрикнула белокурая девочка, высунувшись из-за спины бабушки. Обе они стояли чуть поодаль. И, едва поймав мой взгляд, стеснительная малышка вновь спряталась за свою старшую родственницу. Ручей желаний… хм. О чем это она? Судя по тому, что дети у дома варгара собрались разного возраста, уроков в пятницу у них не было или же они их закончили до обеда. Эх, лучше бы в школе сидели! Миккель, казалось, вот-вот рухнет в обморок, настолько бледным он стал от их повышенного внимания. Странно! Неужели его так напугали эти вопросы? Или дело в тех, кто их задавал? Решив взять ситуацию в свои руки, я обняла сына за плечи и сказала: — Мика потом все расскажет. Если будет готов, — добавила, едва не брякнув «если захочет», потому что именно так и считала. Но решила все же не давать детям повод думать, что мой мальчик не хочет с ними общаться. Еще примут его за высокомерного альфовского сынка, когда он совсем другой. Или пусть принимают?