Мужчина хлопнул в ладоши и, на ходу кланяясь, выскочил за дверь, оставив нас с Виктором в пустой комнате.
— Он странный… — протянула я, глядя на закрывшуюся дверь.
— Кто? — спросил Виктор.
— Этот Фарнир. Он странный, — повторила я.
Виктор ничего не ответил, только устало потер глаза и оставил в сторону кубок с вином.
— Я взял в плен Антонио, но учитывая, как резко отреагировал твой отец, я думаю, нам стоит принять предложение лордов Кастфолдора, — проговорил мой муж.
Лицо Виктора было мрачным, так что я поняла — в прямом столкновении дружин мы победителями не выйдем, а мой отец делал все, лишь бы это не переросло в судебную тяжбу.
— Ты хочешь обратиться в суд аристократии? — уточнила я.
— Или пусть твой отец обратится, — ответил Виктор. — Мы же удерживаем его сына, хоть он нам и родня. Либо он отобьет Антонио силой, либо через суд…
— Но удержать пленника у нас не хватит людей, — хмуро закончила я за мужа.
Виктор выдохнул и откинулся на спинку стула, которая под весом огромного мужчины жалобно скрипнула.
— Не надо было отпускать Петера… — задумчиво протянул мой супруг, глядя в потолок.
— Петер бы здесь ничего не решил, а если бы и решил, то мы бы потеряли его как жреца надела, — напомнила я мужу.
— Да знаю я, просто…
Виктор опять закрыл глаза ладонью и поморщился.
— Опять голова болит?
— Угу… — кивнул супруг. — Но вроде не так сильно, как на днях.
Я не знала, угодили ли мы с Виктором в заранее расставленную ловушку, либо же так сложились обстоятельства, но выбора у нас не осталось. Идти на встречу с графом Зильвебером и госпожой Лоттой, чтобы отказать им — так можно было и вовсе не приходить.
Но чем больше я размышляла о произошедшем, тем более странной мне казалось то, как Виктор оказался в этом поместье, да еще и раньше меня.
А еще меня почему-то тревожило то, что мой муж разболтал постороннему мужчине о том, что мы обязательно стараемся ужинать вечером, чтобы пообщаться, поговорить о делах и просто подержаться за руки. Это было только наше с Виктором время, и я чувствовала себя уязвленной из-за того, что об этой нашей традиции узнал кто-то не из Херцкальта.
Но неужели мой муж настолько сильно доверяет этому Фарниру, что рассказал мужчине даже такие детали нашей жизни? И стоит ли верить подобному лжецу?
Ведь очевидно, он был лжецом. Я-то возраст человека могла определить с легкостью, едва взглянув. А господин Фарнир на вид еще даже не родился, когда Лотта Зильбевер станцевала свой последний танец, он просто не мог помнить такие события.
Глава 17 Виктор
Ночной разговор с графом Зильбевером и госпожой Лоттой больше был похож на короткое знакомство, чем на полноценное обсуждение дел. Едва мы успели обменяться стандартными для местных аристократов любезностями, граф сослался на занятость и, попрощавшись с нами, а после отдельно со своей бабушкой, вышел из комнаты.