— Надейся на лучшее, готовься к худшему, — хмуро ответил Виктор. — Постарайся завтра донести правила до женщин, ведь именно они чаще всего ухаживают за больными. А я поговорю с мастерами, может, получится изменить заказ и как-то облегчить эти костюмы до приемлемого веса…

После примерки у меня оставалось еще немного свободного времени, а ведь замковое хозяйство тоже требовало моего внимания. И хотя Сигрид успешно справлялась с большинством задач, а значительная часть дружины находилась за пределами городских стен, дел все равно хватало. Виктор хотел быть уверенным, что замок выстоит в случае, если черная хворь начнет бушевать в самом Херцкальте, и нам придется закрыть ворота. Тут мой муж не питал никаких иллюзий и действовал жестко, как будто бы родился здесь.

Мы много говорили перед сном, и я очень многое узнала за эту пару вечеров от своего супруга о том мире, откуда он прибыл. По рассказам Виктора, это было довольно сытое и безопасное место, по крайней мере, та его часть, где вырос и жил мой супруг. Нет, лихих людей там хватало, как несправедливостей и невзгод, но были они все какие-то более упорядоченные, нежели здесь. И тут и там были богачи и бедняки, и тут и там велись бесконечные войны, и тут и там власть имущие сходили с ума от безнаказанности, и даже высшие силы были им не указ. Но в родном мире Виктора мало кто погибал от голода в холодной нищете, как это случилось со мной в одной из жизней. Болезни были не столь опасны, а лекарства и помощь — намного более доступны. Ну и, конечно же, знания.

Я все еще не могла смириться с тем, что по меркам своей родины Виктор был совершенно не образован. Ведь даже то, что он называл базовым образованием, которое он получил в принудительном порядке, как и все дети, выходило далеко за пределы знаний, которые можно было получить здесь, в Халдоне или любом другом королевстве даже за деньги. Когда я задумывалась о том, как велика и мощна должна быть цивилизация, чтобы обучать каждого отрока вне зависимости от способностей так, как был обучен Виктор, у меня холодели руки. Я просто отказывалась осознавать масштаб общества, частью которого когда-то являлся мой супруг.

От этого я искала сейчас в его словах или действиях нотки снисходительности или презрения. Нет, уже не ко мне лично — сколько комплиментов Виктор отпустил моей образованности и уму за последние годы, трудно сосчитать — но ко всему этому миру вокруг нас. Как человек, который утверждает, что его народ покорил не только землю и море, но даже небо, научившись летать с помощью специальных механизмов, может спокойно смотреть на мир вокруг? Без содрогания и сожаления?