— Он, наверное, сильно удивится такому внезапному повышению, — продолжает Азамат.

— Он знает, что я была твоей невестой, и перед отъездом я ему сказала, что поговорю с тобой, так что он готов к чудесам.

— А о природе чудес он догадывается? — приподнимает бровь Азамат.

— Добрая память, — с нажимом отвечает Алансэ. — Я понимаю, твой первый порыв — рассказать ему все. Вижу, у тебя вообще слабость выбалтывать секреты супругам. Конечно, я бы предпочла оставить его в неведении, но он от меня все равно никуда не денется, так что ты только испортишь жизнь хорошему человеку.

— Что-то мне подсказывает, что его жизнь уже портить некуда, — снова возникает Алтонгирел.

— То есть ваш муж не знает о ребенке? — прямо спрашиваю я. Это уже не смешно.

— Твоя жена внимательно слушает для такой внешности, — говорит Алансэ Азамату. Я даже начинаю понимать, чем она могла ему нравиться.

— Мне просто интересно, — продолжаю, — он не знает, что ребенок не от него, или вообще не знает о его существовании?

Она соизволяет на сей раз ответить прямо мне:

— Во время беременности было трудно найти мужа, тем более после громкой истории с изгнанием Азамата. Пришлось скрыться в уединении, благо при тех печальных обстоятельствах это никого не удивило.

— Значит, ребенка ты прячешь? — Азамат тоже устал от танцев вокруг да около и посерьезнел. — Где?

Алансэ мило улыбается.

— У родственников. Не найдешь.

Азамат щурится и поджимает губы.

— Вообще мы бы хотели удостовериться, что он существует, — говорю.

Она подталкивает мне по столу снимок мальчика лет десяти, настолько похожего на Азамата, что мог бы быть и самим Азаматом.

— Снимок старый, — говорю, — и по-моему, это и есть Азамат.

— Я сделала эту фотографию собственноручно в начале осени, — холодно сообщает Алансэ. — Но если вам угодно мне не верить, что ж, посмотрим, поверит ли Совет Старейшин.

— Я что-то не поняла, так трудно сказать, где мальчик живет? — удивляюсь.

— Она думает, — говорит мне Азамат на моем родном, —что мы его убьем.

— Чего⁈ С дуба рухнула, что ли?

Азамат хмурится.

— Не понял, что ты сказала, но некоторые люди так делают, чтобы… э-э… сохранить репутацию.

Я хватаюсь за голову. Эти дикари!!!

— Ты можешь как-то ее убедить, что не станешь убивать ребенка?

— Не думаю.

Алансэ с интересом, а Алтонгирел нервно наблюдают за нашим общением.

Тяжело вздыхаю. Насколько я успела изучить муданжцев, они не слишком рады бывают приютить у себя детей родственников. Либо она им за это платит (в чем я сомневаюсь), либо просто врет. Азамат, похоже, пришел к тем же выводам.

— Давай ее порасспрашиваем с твоими травками, — говорит он Алтонгирелу на всеобщем.