— Так я ж не умею ничего! — удивляется Кир.

— Освоишься, — отмахиваюсь. — Пошли, покажу тебе инструменты. С аппаратами ты и сам разбираешься без особых проблем. Пошли-пошли, чего сидишь?

Я открываю все свои чемоданы и раскладываю по ковру лотки с содержимым; Кир смотрит на мои богатства круглыми глазами.

— Я думал, у вас тут одежда с драгоценностями…

— Дребедень я в деловые поездки не таскаю. Вот гляди, это называется скальпель, это пинцет, это зажим…

К тому времени, как Азамат возвращается из офисной части в конце рабочего дня, Кир уже натренировался подавать по требованию нужный инструмент, надевать стерильный костюм и менять мне маску. Конечно, в ответственный момент может и напутать, но я сама начинала свое медицинское образование примерно в том же возрасте и вроде бы неплохо справлялась с такими заданиями, хотя для меня тогда это была просто игра. Киру же в приюте наверняка приходилось работать и пользоваться результатом своих трудов (вряд ли Гхан содержал их своим горбом), так что он по идее должен быть сознательнее.

— Не могу сказать, что тебе идет, — изрекает Азамат, рассматривая Кира в мешковатом белом хирургическом костюме.

Кир корчит рожу, которая идет ему еще меньше.

— Мы тут не ради красоты стараемся, — говорю. — Если ему придется торчать со мной в операционной, должен знать, как соблюдать стерильность.

— Логично. — Азамат склоняет голову набок и улыбается. Мне. Заговорщицки. И чего мне все время кажется, что я могу что-то провернуть тайком от него?

Муж тем временем достает из-за пазухи диля замшевый мешочек и протягивает Киру.

— Держи, завтра наденешь.

Кир озадаченно развязывает шнурок и вытряхивает на ладонь в резиновой перчатке большой кулон на толстой цепочке.

— Что это? — удивляется он.

— Твой опознавательный знак, — объясняет Азамат. — Люди ведь не знают тебя в лицо, а вот по этому гербу сразу поймут, что перед ними князь. Только смотри не потеряй, это историческая реликвия, со смерти младшего брата Императора Аэды хранилась в Долхотском музее.

— Это носил какой-то мертвый человек? — неуютно переспрашивает Кир.

— Это носили несколько десятков ныне покойных младших князей за последние пятьсот лет, если я не ошибаюсь, — сообщает Азамат. — Так же как Императорский венец носили несколько десятков Императоров до меня. И то и другое почистили, прежде чем отдать нам, если тебя это интересует.

Кир задумчиво кивает, рассматривая герб. Я тоже вытягиваю шею поглазеть. Штуковина с мою ладонь размером, платиновая, с ажурными краями. В центре круг, покрытый выпуклым узором, пустоты в котором заполнены разноцветной эмалью. Посредине круга золотое дерево с малюсенькой кроной и огромной корневой системой.