— Вы меня, должно быть, не помните, — перебивает мои мысли дама. — Я Эсарнай с Гарнета.

— А-а-а! — хлопаю себя по лбу. — Помню-помню, я только вас против света совсем не вижу!

— Ой, простите. — Она обходит меня ниже по склону и наконец-то становится видна. Это несомненно Эсарнай, жена Экдала, но то ли естественное освещение ей не очень идет, то ли она плохо себя чувствует, в общем, выглядит она похуже, чем тогда, на Гарнете.

— Что-нибудь случилось? — спрашиваю, жестом предлагая ей приземлиться на мое одеяло. Алэк сопит у меня под боком, игнорируя гостью.

— Нет, ничего. Почему вы так решили? — удивляется она, садясь.

— Мне показалось, вы выглядите уставшей, — осторожно отвечаю я.

— Я действительно немного устала, — соглашается она с какой-то нервной улыбкой. — Никак не привыкну, что здесь все так далеко и дико.

— В смысле? — моргаю я.

— Ну, я ведь всю жизнь жила на Гарнете, — поясняет она. — Там нет таких мест, чтобы нужно было продираться сквозь траву и кочки.

— Это да, — ухмыляюсь я. — А куда вы хотели попасть?

Вопрос ее явно напрягает, она поводит плечами и отвечает неуверенным голосом:

— Да так, пройтись… Я недавно приехала и никогда раньше не была на Муданге, вот, хотела осмотреться…

Мне чрезвычайно сомнительно, что такая дорогая женщина, как Эсарнай, на самом деле хотела погулять. Конечно, может, гарнетские муданжцы и отличаются от коренных, но вряд ли настолько. Я скорее поверю, что она пошла собрать цикуты для соседки. Ну ладно, не хочет говорить, не буду выспрашивать.

— А вы сами-то что тут делаете? — спрашивает тем временем она. Мне кажется, по-муданжски она говорит не так сдержанно и вежливо, как на всеобщем.

— Да вот, князя выгуливаю, — усмехаюсь, теребя завязочку на Алэковой распашонке.

— Князя?.. — Она изумленно смотрит на мелкого и вдруг резко, с шумом вдыхает. — Ах! Это же вы — Хотон-хон! Боги, как же я не сообразила! И обратилась по имени, ой, а вдруг кто слышал… — Она испуганно озирается.

— Ничего, ничего, — успокаиваю ее. — Имя мое все знают, я не любитель этих формальностей.

— Ну надо же было так опростоволоситься, — сокрушается Эсарнай. — Мы ведь слышали всю эту историю на Гарнете, и Экдал мне говорил, что Байч-Харах всех собрал…

— По чужим рассказам трудно помнить, — пожимаю плечами. — Не переживайте, я сама еще не привыкла к своему положению. Только вчера была смешная чужачка, и вдруг — бац! — Хотон-хон.

— Не знаю, к хорошему быстро привыкаешь, — возражает Эсарнай. — Чужачкой быть не очень сладко.

У меня негромко урчит в животе. Собеседница, кажется, не замечает или хорошо делает вид.