К счастью, с высокого крыльца на лошадь сесть легко, как на лавочку, а то долго бы я в платье да в камнях шарахалась.

— Покажите мне двух самых спокойных коней, — велит Азамат. Ему подводят нечто сверкающее синее и искрящееся зеленое. Он кивает. — Лиза, Ирма-хон, садитесь. Лиза, тебе придется взять Алэка, так положено…

— Что, сесть на это⁈ — ужасается мама. —Да я же с него навернусь, как нечего делать!

— Поймаем, — ободрительно улыбается ей Азамат. —Давайте помогу, это легко.

Мама еще некоторое время сопротивляется, но наконец общими усилиями мужики утрамбовывают ее на лошадь. Я иду следующим номером. В принципе, я уже привыкла ездить верхом, но по случаю парада придется сидеть вполоборота, и седла нет. Ох уж мне эти церемонии…

— Александр, а вы как? — спрашивает Азамат, вручая мне мелкого.

— Я-то нормально, — успокаивает его Сашка, усаживаясь верхом на первого попавшегося коня. — Я, в отличие от Лизки, на лошади сидеть умею. У меня жена профессионально конным спортом занимается.

— Ого, — не удерживается Азамат.

— Жена⁈ — изумляется Алтонгирел. — Конным спортом⁈

У меня случается дежавю.

— Долго еще удивляться будешь? — хихикаю.

Азамат усаживает на следующую подошедшую лошадь матушку, которая ворчит, что и сама бы прекрасно справилась, остальные без труда устраиваются сами.

Старейшина Ойраг едет впереди, показывая путь. Мы выезжаем из проулка на широкую улицу, где нас мгновенно оглушают приветственные крики и осыпают фонтаны блесток и ярких платков. Алэк пугается и принимается вопить, но его заглушает праздничный оркестр. Мне и самой хочется завернуться в пеленку и поорать, но надо улыбаться и махать рукой. Улица кажется бесконечной, а люди так и бросаются под копыта. Впрочем, лошади и правда спокойные — прут себе, не обращая внимания ни на какие препятствия. Надо думать, конь, который позволяет себя так разрядить, уже познал Дао и впал в нирвану.

Улица все-таки кончается — в ее торце стоит огромный дом, круглый, как многие муданжские дома, и украшенный барельефами со всякими символами Императора — мечами, коронами, луками, конями, звездолетами и странными доисторическими деревьями. Перед нами гигантская деревянная дверь неприступного вида. Старейшина Ойраг разворачивает своего коня прямо у нее, включает на ухе гарнитуру и объявляет — звук его голоса разносится над городом из динамиков со всех сторон:

— Счастливы будьте, жители Долхота, ибо сам Император Муданга Азамат Байч-Харах прибыл со свитою, дабы возродить старинные традиции и заново открыть Музей Императорской семьи!