— Танн! — вдаривает народ.

— Не будем же откладывать сей исторический момент! — призывает Ойраг.

— Танн!!! — соглашается народ.

Старейшина жестом предлагает нам спешиться, и тут же какие-то амбалистые ребята уводят лошадей в сторону, чтобы не закрывали вид. Маму и меня аккуратно снимают с насестов и ставят на землю.

— Итак, — снова включается наш тамада, — смотрите во все глаза и запоминайте, вы будете детям своим и детям своих детей рассказывать о том, что видели сегодня! Прошу, Ахмад-хон!

— Тр-р-р-р-р-анн-н!!! — взревывает толпа.

Азамат кланяется толпе, потом Старейшине, затем достает и вдумчиво натягивает перчатки. После чего приближается к двери, приседает и берется за две ручки на нижней перекладине. Только теперь до меня доходит, что дверь открывается не вбок, а вверх, и что «открытие музея» муданжцы понимают совершенно буквально.

Гремит грозная музыка; я чувствую себя на представлении в цирке. Впрочем, окружающие совершенно серьезны. Азамат поудобнее упирается ногами и рывком поднимается. Дверь уезжает в щель вверху. По толпе проносится тихий восторженный ропот. Азамат глубоко вдыхает и еще одним рывком поднимает нижний край двери над головой. Что-то щелкает — из боковых пазов выскакивают упоры, и дверь фиксируется в открытом положении.

Толпа взрывается поздравлениями и победными кличами, нас второй раз осыпают блестками. Азамат стаскивает перчатки и снова кланяется всем присутствующим.

— Да здравствует Император! — выражает общественное мнение Ойраг. Весь город присоединяется. Ойраг выключает гарнитуру и подходит к нам. — Прошу вас, благословите музей, став первыми посетителями.

Мы все кланяемся и проходим в темное нутро под жутковато нависающей дверью.

Внутри к Азамату сразу кидаются какие-то ребята.

— Ахмад-хон, водички? Отдохнуть?

— Мм? — Азамат даже немного удивляется. — Да нет, ребят, вы что. Я, честно говоря, думал, что она будет существенно тяжелее. В летописях так расписывают… Старейшина Ойраг, давайте скорее смотреть коллекцию, мне безумно интересно!

— Ты, может, не устал, а я вот что-то задолбалась с ребенком на руках кланяться, — ворчу я. — Давайте его кто-нибудь еще поносит, а? Надо будет заказать Орешнице слинг с бриллиантами, а то обычный смотрится недостойно жены Императора, видите ли.

— Лиза, не бухти, — подмигивает мне Азамат, забирая мелкого. Похоже, легкая победа над дверью его очень обрадовала. Впрочем, он сегодня с утра чрезвычайно весел.

— Да я так, — отмахиваюсь. — Не всерьез. Ну, и где начинается экспозиция?

— А вот прямо здесь, Хотон-хон, — указывает мне Старейшина Ойраг на полутемный коридор, в конце которого брезжит бледный свет. — Извольте пройти?