Три раза обошёл морской конь Йельмеланд-фьорд, прежде чем настиг морского змея, и они сошлись в такой битве, подобной которой никто не видел ни до, ни после. Они дрались так ожесточённо, что морской конь потерял одно копыто, но в конце концов он взял верх и перекусил морского змея надвое. Весь фьорд окрасился кровью.
Гребень со спины и часть тела морского змея прибило в бухту со стороны Йельмеланда, и по сей день она зовётся Гребневой бухтой. Хвост морского змея остался там лежать и гнить, и от этого разнеслась по округе такая вонь, что скот умирал, деревья и кустарники в соседних хуторах засыхали и листва увядала на лесных склонах. Копыто же морского коня прибило к Йельмеланду, его вытащили на сушу, принесли на хутор священника и там его использовали как закром – в копыто входило 1600 литров зерна.
После битвы морской конь уплыл обратно в море, и больше никто его не видел.
Морской конь не упоминается в скандинавской мифологии и сагах, впервые он появляется в народных верованиях в конце Средневековья. Однако подобное существо известно ещё из греческой традиции – это гиппокамп, наполовину лошадь, наполовину рыба, водный конь из упряжки Нептуна. Уже известный нам Олаус Магнус в своём труде описывал это чудовище так: «Голова у него, как у лошади, и ржёт он, как лошадь, но копыта у него, как у коровы. Пропитание он добывает и в море, и на земле. Редко кто может поймать его. Он достигает размеров взрослого быка. Хвост же у него раздвоен, как у рыбы».
От соседства со змеем бывают одни напасти. Помимо того что морские змеи едят скот и людей, они приносят разрушения. Так, во фьорде Трондхейма обитал змей, который захотел свалить гору. За дело он взялся основательно – и Трондхейм затопило. А обломки этой горы и до сих пор лежат во фьорде.
Даже простое появление морского змея предвещает большие несчастья, причём это касается всей страны. Змей может стать предвестником войны, беспорядков, изгнания короля. Но напасти могут обрушиться и на деревню: хутор сгорит, озеро пересохнет, скот падёт, урожай погибнет. В одной из быличек с морским змеем связывают даже приход чумы. Останки убитого храбрым юношей чудовища источали такую нестерпимую вонь, что в этих краях появилась сама Чёрная смерть.
Драконы и линормы Тысячелетиями лежит дракон на золотых сокровищах. Крылья его покоятся на королевских коронах, драгоценных камнях и сундуках, набитых блестящими кольцами. Зорки его огненные глаза, а пасть изрыгает пламя и дым. Лишь изредка выползает чудовище из своей пещеры, с шумом летит над морем, оставляя за собой дым и искры, как падающая звезда. У людей подгибаются колени от страха: только бы укрыться где-нибудь поскорее. Немногие смельчаки отваживаются проникнуть в его пещеру, чтобы отвоевать сияющий клад. И никто не возвращается назад. Меч скользит из ножен… но его уже встречают скрюченные когти. Тлетворное дыхание дракона разъедает щит и приносит смерть. Выбеленные веками черепа героев становятся убежищем для змей и мышей. Лишь время побеждает страшного дракона. Сон его раз от разу становится всё длиннее и длиннее. Сменяется не одно поколение людское, но вдруг появляется в небе дракон и снова предвещает войны, чуму и всяческие беды, вселяя ужас в сердца. В наши времена дурные предвестия дремлют. Дракон стал преданием. Он спит тяжёлым смертным сном. Зияют его пустые глазницы, крылья бездвижны. Т. Киттельсен