— Новая работа тебя уже ждёт, — тут же вставляю я. — Уут-хон написал на тебя рекомендательное письмо, и оно очень заинтересовало Ахмад-хона. Так что давай решай свои дела здесь, и я тебя к нему провожу.

Чача раскрывает круглые совиные глаза и принимается нервно поглаживать большими пальцами ногти остальных.

— Это большая ответственность, — неуверенно произносит он.

— Бить не будем, — обещаю я. — Договор можешь сам написать.

— Я и так всегда сам пишу, — фыркает он. — Да только где те договора потом оказываются… За последние два года один Уут-хон мне и выплатил неустойку.

— Ты думаешь, Император тебе неустойки пожалеет? — приподнимаю бровь. — За тем, насколько он соблюдает собственные законы, вся планета следит, знаешь ли.

Чача пару раз дёргано кивает, молча встаёт и отправляется на кассу.

Азамат ждёт нас в кабинете и только что руки не потирает. Он уже с вечера составил список задач и обязанностей, который намерен повесить на нового работника. Даже ночью два раза подрывался, чтобы туда что-то добавить.

Я завожу Чачу внутрь, быстренько представляю мужиков друг другу и намерена уже сделать ноги, пока на меня из уст супруга не сошла лавина государственных дел, но тут я понимаю, что Чача на представление вообще не реагирует, вместо этого уставившись негодующим взглядом на Азаматов стол. Тот самый, инкрустированный.

— А где моё рабочее место? — спрашивает он вместо здрасьте.

Азамат кидает на меня обеспокоенный взгляд.

— Напротив через коридор.

— Мгм, — Чача обхватывает рукой подбородок и перестаёт поджимать плечи к ушам. Склоняет голову набок, потом на другой бок. Потом переводит пытливый взгляд на Азамата. — А вы не хотите от этого избавиться?

Муж на секунду подвисает, потом напрягает уголки губ, чтобы не разъезжались.

— Я бы пользовался чем-то более практичным, но выбора нет. Старейшины настояли, что у меня в кабинете должен быть хоть один предмет обихода старых Императоров.

В ответ он удостаивается подозрительного прищура.

— Выбор есть всегда.

— Безусловно, — соглашается Азамат. — Но это не очень актуальная проблема.

Чача снова дёргано кивает.

— Хорошо. Я посмотрю своё рабочее место.

С этими словами он разворачивается и двигает на выход.

— Может быть, позже? — предлагает Азамат. — У меня есть кое-что срочное для вас…

— Срочность — это иллюзия, — бросает Чача через плечо и исчезает за дверью.

Азамат переводит недоумевающий взгляд на меня. Я только развожу руками, пожав плечами так, что шею заломило.

— За что купила, за то продаю. Уут-хон очень его хвалил, а он превыше всего ценит порядок в делах. И потом, в Доме Целителей этот кадр вёл себя тише воды, ниже травы. Ну, разве только особого пиетета ни перед кем не проявлял.