– Зачем тебе на рынок? – удивилась Валя.

– Хочу продать крестик, деньги нужны.

– Покажи крестик.

Вика сняла витую цепочку. Крестик был тонкой работы, с фигуркой распятого Христа со склонённой головой, увенчанной терновым венцом.

– Это ценная вещь, – оценила Валя. – Ты верующая?

– Это мамин подарок.

– Тогда он дорог вдвойне. Зачем тебе продавать? Мы обойдёмся, продукты есть и деньги тоже.

Вика улыбнулась и сказала мягко:

– Валечка, спасибо, но я так не могу. Все мои вещи пропали, у меня даже сменного белья нет.

– Тогда я с тобой пойду, знаешь сколько жулья на рынке? – решила Валя. – Цепочку продай, а крестик оставь, раз он тебе дорог. Его на шнурке носить можно.

Вика сняла крестик с цепочки и убрала в карман куртки, застегнула на кнопку, чтобы не потерять.

***

Старейший Троицкий рынок в Самаре имел свою давнюю историю. Когда-то на площади возвышалась церковь Святой Троицы с садом, с городскими часами на колокольне. Было своё «лобное место» с помостом и столбом, где наказывали плетью преступников; обжорные ряды, каменный торговый корпус и Гостиный двор. Шумно, людно… По рынку ходили торговцы квасом, сбитнем, мороженым в деревянной лохани. И продавали пирожки с разными начинками, в том числе самарские пирожки с картошкой. Как бы Вике сейчас хотелось съесть такой пирожок!

Они с Валентиной прошли к рядам, посмотрели, что и почём продают.

– Четыре тысячи проси, – учила Валя, – вещь дорогая: вон какая цепочка толстая. Даже четыре с половиной проси – это не много.

Вика пристроилась рядом с женщиной, продающей кирзовые сапоги, повесила цепочку на ладони.

Сначала к ним никто не подходил. Редкие прохожие цепляли украшение взглядом и шли мимо. Виктория начала волноваться: а вдруг никто не купит?

Тот мужчина в шапке-ушанке появился неожиданно, будто вырос из-под земли. Достал из кармана лупу и стал прищурившись рассматривать цепочку.

– Сколько? – спросил он.

– Четыре с половиной, – быстро сказала Валентина.

Глаза у мужика стали круглыми, как пуговицы.

– Вы чего, девки, очумели?

– Чего – «очумели»? Булка хлеба на рынке стоит триста рублей! – отбрила Валя.

Покупатель проворчал что-то и отошёл. Вика проводила взглядом его сутулую широкую спину.

– Может, меньше надо было просить?

– Это он цену сбивает, – повела красивыми глазами Валя. – Сейчас вернётся, вот увидишь.

Подошла нарядно одетая женщина в меховой шубке, тронула цепочку маленькой рукой, обтянутой перчаткой, поахала, поцокала языком:

– Какая красота! Сколько же стоит?

– Продано уже, дамочка, проходите, – раздался над ухом знакомый басок.

Мужчина в ушанке протянул Валентине деньги. Та быстро пересчитала, кивнула. Вика подумала, что её было проще простого обмануть с деньгами, ведь она не разбирается в купюрах. Печальным взглядом проводила цепочку и сказала с напускной бодростью: