Две смежных комнаты напротив (бывшие детские) принадлежали семье Николая Свинухова с двумя детьми. На фронт Николая не взяли из-за слабого здоровья. Они с женой работали где-то в бухгалтерии.
Жильцов в коммунальной квартире всё прибавлялось. К Свинуховым подселили молодую женщину Аллу с грудничком месяцев трёх-четырёх. Ребёнок плакал ночами, и Свинуховы ворчали, не скрывая раздражения, что не высыпаются. В туалет или кухню Алле приходилось идти через хозяйскую комнату. Робкая и стеснительная девушка лишний раз старалась не высовывать носа за порог. Уходя за продуктами, Алла брала ребёнка с собой, закутав его в толстое одеяло.
Недовольные уплотнением хозяева ругали правительство, правда, сдержанно. Нервозности добавляли тревожные вести Юрия Левитана. И каждое утро по радио звучала песня:
Вставай, страна огромная,
Вставай на смертный бой
С фашистской силой тёмною,
С проклятою ордой.
Глава 4
Приближалось 7 ноября. К этому дню в Куйбышеве в условиях строгой секретности готовился военный парад к годовщине Революции, который должен был показать союзникам и противникам СССР военную мощь страны. Вике очень хотелось побывать на этом параде, посмотреть своими глазами на историческое событие, но увы: она работала в утреннюю смену, принимала раненых с санитарного поезда.
Зато воздушную часть парада могли видеть все желающие. Бомбардировщики, истребители и штурмовики прошли над площадью Куйбышева на разной высоте. Вика была в восторге, хотя из-за плохой погоды не лётчики не выполняли сложные пилотажные фигуры. Бесконечные эшелоны самолётов, их просто невозможно сосчитать. Кто сказал, что в СССР нет самолётов? Вот вам!
– А вы видели, Виктория Александровна, как низко самолёты пролетели? Я так испугалась! Думала, крышу снесут, – восторгалась Маша, грызя сушку.
– Маша, почему ты опять ешь в помещении? Я сто раз говорила, что этого делать нельзя – кругом инфекция! – напустилась на медсестру Вика. – Только отправили раненого с гепатитом! Руки, руки обрабатывать! И кушетку тоже!
– Ой, простите, я забыла… Есть очень хочется. – Маша спрятала сушку в карман.
«Набрали девочек после трёхмесячных курсов, – ворчливо подумала Вика, – какие это медики? Так… одно название».
– В магазинах на мясные карточки суфле дают, – снова начала медсестра, – вы бидончик взяли, Виктория Александровна?
– Что за суфле?
Воображение тотчас нарисовало торт «Птичье молоко», нежный и воздушный, покрытый шоколадной глазурью. Но ведь это что-то другое.
– А вы не знаете? Это такой сладкий напиток из сои. Вкусный!
Что ж, суфле так суфле. Мясные талоны редко удавалось отоварить, а если удавалось, то почти всегда это была конина. И со всеми карточками такая история: продуктов мало, положенную норму они с Валей ещё ни разу не получили.