— Это… это что?!

— Имитирующее заклинание, — охотно пояснил я, демонстративно поставив ногу на череп спокойно лежащей гончей. — Делает ее почти живой и заодно позволяет обучаться со всеми вытекающими последствиями.

— Для чего? — снова нахмурился оборотень.

— Для чего мне псина, которая выглядит как мертвая, а ведет себя как живая? Очень просто, — пожал плечами я. — Так мне комфортнее живется и создается иллюзия общества.

— Зачем тебе общество?

— А тебе зачем твоя стая?

Мрон нахмурился еще больше.

— Большинству из нас привычнее находиться среди себе подобных. Люди, звери, оборотни… Так уж мы устроены. К тому же вместе мы сильнее. Стая — это защита. Помощь. Забота. Но тебе это определенно не нужно.

— С чего ты решил? — внимательно посмотрел на него я.

— Ты — нежить.

— Даже нежить предпочитает держаться вместе. Ты разве не замечал?

Оборотень непримиримо сверкнул глазами.

— Тварей связывает друг с другом скверна, которая их породила. Она ими управляет. Заставляет сбиваться в стаи. Но ты… ты нечто иное.

— В этом я, пожалуй, с тобой соглашусь.

— Все мое существо восстает при виде тебя, — по-звериному оскалился мрон. — Все во мне просто требует… кричит, чтобы я немедленно тебя уничтожил. Ты — угроза для меня, нас… для всего живого. Так я тебя ощущаю. И так тебя ощущает мой народ.

— Хочешь сказать, ненависть к таким, как я, у вас все-таки врожденная? — удивился я. — Или нет… погоди… скорее, она навязана вам ведьмами. Их магией. А то и магией барьера. Но даже если и так, то ее в любом случае можно держать под контролем. Ты ведь ее контролируешь, верно? Не поддаешься инстинктам? А вместо этого сидишь тут, думаешь, даже разговариваешь…

Мрон отвел взгляд.

— Это нелегко. А не нападаю я только потому, что знаю — этот бой мне не выиграть.

— Правильно, — кивнул я. — Поэтому ты выжидаешь. Ищешь подходящий момент. Однако раз ты можешь себя контролировать, значит, и другие сумеют. Вопрос в другом: почему вы не удосужились сделать это раньше?

— Мы… не знали.

— Чего именно? Того, что меня нельзя убить? Того, что я могу вернуться? Или того, что в моих силах проклясть вас на веки вечные, тем самым уничтожив все, что вас составляло?

У оборотня предательски дернулась щека.

— Все вместе.

— То есть если бы вы с самого начала заподозрили, что я опаснее, чем любая тварь из ваших подземелий, вы бы отступили? — насмешливо посмотрел на него я. — Оставили бы меня в покое и дали разрушить барьер?

— Нет. Ни за что! Мы…

Миррт неожиданно смешался и замолчал.

— Тогда что же останавливает тебя сейчас? — добил его я. — Только ли страх неудачи? Ожидание проигрыша? Или твое спокойствие вызвано чем-то еще? Ты ведь не трус. И совсем меня не боишься. Так почему же ты медлишь, Миррт? Почему до сих пор не напал?