Дементий Лапоть со своими учениками, тем временем, делал ложи для нашего оружия. У него работа была попроще и никаких трудностей не возникало. После сверления пушечных стволов любая плотницкая работа теперь покажется пустяковой. Они же собирали самострелы — натягивали тетиву, закрепляли механизмы. Серьезнейшая помощь!

К вечеру общими усилиями сделали самострел. Над сложными деталями работали мы с Макаром, Фома с Гришей — над остальными. Наверное, быстрее и не получится. Самострел, все-таки, не лошадиная подкова. Плюс нужны стрелы, а они тоже отнимают время. Может, не столько, но все-таки. Однако мы все сделали, и теперь несли оружие на стрельбище проверять.

Его уже полностью достроили внутри острога. Все готово, разве что табличка «добро пожаловать» не висит.

Длинный коридор, отделённый от остального пространства частоколом из бревен. Высокие стены, с земляным валом на конце. Мишени — деревянные и набитые соломой кожаные татарские доспехи. Одна мишень — с железными пластинами, для совсем суровой оценки пробивной способности.

Посмотреть на испытания пришло куча народу, в том числе и Мещеряк с другими сотниками.

Я встал первым. Зарядил. Натянул тетиву. Прицелился. Выдох. Выстрел.

Стрела с легкостью прошила одетую в кожу соломенную куклу.

Второй выстрел сделал Макар. Стрела легко пробила деревянную доску.

По металлу можно не пробовать. Все ясно и так.

Мы переглянулись. На наших уставших лицах появились улыбки.

— Бьет, — сказал Макар. — Мощный.

— Получается, — кивнул я. — Будем дальше работать.

* * *

Шатёр хана Кучума был наполнен ароматом благовоний. Почти не было слышно звуков снаружи — только редкое ржание коней и мерный скрип деревьев за ветром. Хан сидел, опершись на левую руку, пальцами правой перебирая узел на бахроме подушки.

Вдруг в шатер вбежал гонец. Он упал на колени, склонив голову к земле.

— Говори, — негромко сказал Кучум, безразлично глядя на него.

Голос гонца дрожал.

— О повелитель… Отряд Батукая… тот, что шёл к руднику…

Кучум поднял бровь.

— Что с ним?

Гонец сглотнул и опустил голову ещё ниже, почти касаясь лбом ковра.

— Они не вернутся, господин. Ни один. Поляна, на которой стоит рудник, залита кровью. Ермак приказал мулле Искера похоронить наших воинов согласно обычаю. Всё указывает на засаду.

Хан напрягся, глаза его сузились.

— Засада?

— Да, о господин. Там были пушки. Откуда, неизвестно, но точно были. Наши люди слышали залпы с рудника. Били картечью. Где Ермак взял новые пушки, неизвестно, потому что все, какие у него были, оставались на стенах города.

— Пушки? — переспросил Кучум и встал с подушек. — Новые?