— Деда, да это еще не крупный. Вот когда мы с Ханом…
Каллистрат, мгновенно усадивший на землю дроны, даже не стал слушать внука, а словно молодой и здоровый ринулся к кораблю.
— Ну ты иди-смотри, а я камешки пособираю, — продолжил Март в сторону скрывшейся в зарослях спины искателя сокровищ.
Прошло не менее часа, когда Соло вернулся к корпусу фрегата, сиявший как начищенный медный пятак. Монстры не подкачали: энергионы он таки сумел выковырять из туш всех трех монстров, вытащив особо крупный из главного претендента на роль альфы. Его он собирался немедленно вручить деду, чтобы у того начал запускаться процесс инициации Дара.
Каллистрата он нашел не сразу. Тот забурился в глубины корабля, туда, где, согласно схеме, размещались антигравитационные двигатели.
— Ну и как они?
Старик безошибочно угадал, о чем говорит внук, и продолжая копаться в недрах непонятных механизмов, пояснил.
— Разбираюсь. Знания мне залили, но это ж все равно пока как китайская грамота. Сложно. Но могу точно сказать, тут много чего уцелело. Пусть и не работает уже очень давно. Странники умели делать на века.
— Деда, — отвлекся Март от созерцания технического великолепия чудомашины, — а ты случаем Хана не видел?
Тот отмахнулся, мол, дался тебе хвостатый, не боись, не маленький, не потеряется, и снова занялся делом.
Тем временем кот возвращался, он куда-то улизнул, довольно далеко, по неведомым Марту делам, может, до речки сбегал, свежей рыбки покушать. Оказавшись на поляне, Хан почему-то не спешил в джунгли, а, расположившись прямо у стены леса, принялся нализывать блестящую шестку шершавым язычком, доводя ее красоту до совершенства.
Когда Март показывал деду каюту капитана Кима, его что-то толкнуло в груди, заставив вибрировать энергион, отчего он переключил внимание от лекции деда про невиданное и неслыханное качество фюзеляжа, устремив внутренний взор в Сферу. Нет, у него на сей раз было все в порядке, чего не скажешь о том, что стремительно разворачивалось по ту сторону каюты.
— Деда, похоже, у нас гости…
Глава 12 Бойня
Во сне Вальдова одолевали кошмары. Он крутился на своей откидной койке, но никак не мог проснуться. Внезапно его выбросило из кровавого морока, словно пловца из темных глубин на поверхность океана к живительному воздуху, и он сразу сделал резкий, глубокий вдох, глотнув кислорода и мгновенно просыпаясь. Манфред открыл глаза. В иллюминаторы били солнечные лучи, но не они разбудили бывшего панцерегеря. Что-то происходило. Набросив куртку, он выглянул наружу и, хотя борт размещался под кронами раскидистых деревьев, тщательно скрытый в целях маскировки под толстым слоем еловых веток, Манфред смог разглядеть сквозь прорехи лесного укрытия закручивающуюся грозовую воронку пульсара. А потом уловил далекий, но неотвратимо приближающийся шум двигателей воздушного судна. Недолго думая, оберлейтенант рванул обратно в укрытие.