— Разведка сообщила, что тот самый транспортник, который перевозил аструм, был замечен в Гавани, у ангара того самого Врага Нации.
— А почему они доложили тебе, а не мне? — прищурил от злости тот глаза.
— Так информация о моем смещении до них еще не дошла, — развел руки фон Дассель.
— Ладно, — махнул на него генерал, — в общем, этот проходимец открыто объявил войну Рейху. Так может, и пожар он организовал? А потом вскрыл секретные данные и узнал о времени и промежуточных точках дозарядки? — начал наконец соображать инспектор.
— Мои люди готовы уничтожить его и весь его клан, — тут же подхватился фон Дассель.
– Нет, — отрезал инспектор, — этот мальчишка не так прост. А это очевидный ход с нашей стороны. Кстати, о том, что его клан под прицелом, Вальдов мог знать?
— Никак нет. Я единолично руководил операцией слежки над Вахрамеевыми.
— Значит, он не будет ждать нападения, — размышлял инспектор вслух, — но нет. Начинать войну в Гавани самолично мы не можем. Но и спустить вот так на тормозах тоже.
— Господин генерал-инспектор, — вкрадчиво произнес фон Дассель, — а как же ему удалось захватить аэродром в Хомбурге? Ведь там ПВО.
— Понятия не имею. Свидетелей он не оставил. А население, эти сонные мухи, все проспали. Но ПВО он как-то умудрился обойти. Это факт. Так что давай так. Сегодня же летим в столицу, к самому Императору. Дело принимает серьезный оборот. Но без его разрешения мы не можем сделать ни шагу.
А тем временем, пока в Кайзерхафене пылали нешуточные страсти, Вахрамеевы приступили к подготовке второго акта марлезонского балета под названием «Фрицы, гоу хом».
Глава 19 Канун Дня «Д»
Осколок Гавань Четырех Ветров место в высшей степени замечательное. Ну на какой другой планете, стране, городе можно найти вот так, сразу, столько военной техники и спецов, готовых по одному твоему зову и, разумеется, за хорошую плату, немедленно пойти в бой? Это, конечно, имеет свою оборотную сторону, ведь те же самые бравые вояки могут всей своей мощью навалиться и на тебя, если кто даст им такой заказ. Поэтому Вахрамеев хорошо усвоил правила этой воздушной Тортуги Запределья и намерен был по полной воспользоваться ими в своих грандиозных планах.
По дороге домой Март впервые до конца, со всей ясностью осознал, какая груда денег свалилась на него. Безусловно, часть полученного от продажи добычи пойдет на премии бойцам его отряда и пилотам. Но, если честно, то совсем немного. Надо учитывать, что снаряжение и машины обеспечивал он один. Точнее, его клан. И все равно каждый из участников рейда станет отныне очень обеспеченным человеком, который сможет не только на Пампе или в Гавани себе домик прикупить, но и в Ганзе устроиться вполне прилично.