— Вон там, — показал рукой Март, — где поворачивает поток, есть небольшая площадка, на которой явно кто-то прячется.

— Пожалуй, — согласился с ним опекун, после чего, жестко ухмыльнувшись, добавил. — И они сейчас держат нас на прицеле!

Впрочем, ничего способного угрожать «Бурану» у засевших в горах казаков не имелось, это опытный рейдер понял сразу. Зато в остальном их лагерь, как вскоре выяснилось, оказался укреплен на славу. Тут были и минные поля на узких проходах, и пулеметные гнезда с распределенными секторами обстрела. Больше того, они смогли оборудовать и достаточно просторную площадку для посадки воздушного корабля, умело замаскировав ее сетями и свеженарубленными зелеными ветками, регулярно обновляемыми по мере появления первых признаков желтизны в листве. Иными словами, атаманил здесь человек бывалый.

Подавая условный сигнал, замигал ратьер, и только после этого на вершине горы появилась человеческая фигурка. Сорвав с головы башлык, казак замахал импровизированным флажком, сообщая, что пароль принят. Затем поползли в сторону натянутые между деревьями сети, давая возможность воздушному кораблю приземлиться.

Виртуозно посадив «Буран» на импровизированный аэродром, Зимин облегченно вздохнул и начал командовать в микрофон.

— Артиллеристам, главный калибр на ноль! Горыня, выставить оцепление. Вахрамеев, подготовить группу прикрытия.

Раздав поручения, Владимир Васильевич поднялся со своего кресла, проверил, удобно ли висит на ремне кобура с верным кольтом, после чего направился к выходу.

— Я с вами, кэп, — попросил Март.

— Отставить! — резко бросил командир, после чего чуть мягче добавил. — Один пилот должен оставаться на борту.

«Но есть же Акинфеев», — хотел было возразить Колычев, но наткнулся на выразительный взгляд Зимина.

— Есть, — обреченно вздохнул молодой человек и тут же снова скользнул в «сферу».

Покинув корабль, Зимин решительно двинулся вперед к настороженно поглядывающим на него изможденным людям.

— Здорово, станичники! — поприветствовал он их.

— И тебе не хворать, Василич, — хрипло ответил самый старший из них.

— Петруха? — ахнул отставной кавторанг, узнав земляка. — Эко тебя, братец…

— Ничто, — хищно оскалился тот. — Ишо повоюем.

— А где есаул Бакшеев?

— Помер. Ишо семь ден назад.

— Царство небесное! — стащил с головы фуражку Зимин и перекрестился.

Остальные последовали его примеру, и только Вахрамеев и его люди воздержались, пристально оглядывая окрестности.

— Не боитесь, нет тут чужих, — одобрительно отозвался об их бдительности Петруха.

— Кто же у вас за старшего? — осведомился командир «Бурана».