— Ладно, а меня одну напрягает тот факт, что советник императора возглавил ИВА? — спросила Зорина. — Так-то у императора не так много советников, чтобы ими разбрасываться. Сколько там? Шесть? Семь? Убери любого — уже будет плохо. А тут в какую-то академию.

— Полагаю, завтра нам всё объяснят, — предположил я. — Потому что мне этот момент тоже не очень понятен. Есть подозрение, что обычных людей из ИВА выпрут, как груваков последних.

Наверно, не стоило произносить этого вслух. Потому что утром на следующий день всю академию собрали на центральной площади. Если во время вступительной речи предыдущего ректора на площади находилось пятьдесят тысяч человек, и это было много, то сейчас огромные толпы народа теснились, пытаясь вместиться в выделенные им зоны. Которых на этот раз оказалось три.

Первая зона — для титулованных аристократов. Жёсткая градация на герцогов (на четвёртом и втором курсе такие оказались), маркизов, графов, виконтов и баронов.

Вторая зона — для всех остальных. Гигантская толпа, куда входили как обычные аристократы, так и представители высших домов, не имеющие титулов. Сюда же отнесли и гениев-простолюдинов, которые имелись на каждом курсе. Те, кто пробился в ИВА не благодаря крови, а благодаря мозгам. Плохо, что таких немного.

Третья группа — для «Малыше». Да, всего три человека стояли отдельно от остальных. Не то чтобы нас вынесли на отдельную платформу — позади нас находилась толпа обычных курсантов, иначе все не поместились бы на площади, но то, что мы стоим отдельно, было ясно всем. И для наглядности нас даже силовым полем отделили. Дроны, летающие над головой, словно из императорского дворца прибыли. Там подобными разграничивали ветки Соларионов, здесь — массы людей.

Не обошла градация и преподавательский состав. Военные стояли одной кучкой, новые преподаватели, одетые в гражданское и носящие символы пяти высших домов империи Тирис, толпились отдельно. Рядом с трибуной. Подчёркивая тем самым, что изменения в ИВА произойдут на всех уровнях. Военные — в сторону. Гражданские от высших домов — рядом с ректором. Академия перестаёт быть чисто военным учебным заведением. Теперь сюда пришла политика.

Наконец, появился Лоран Соларион. Он прилетел на платформе, и за его спиной развевался синий плащ. Не красный, как у императора, а синий. Но вёл себя он практически так же, как императорский, то есть жил своей жизнью. Сам летал, сам маневрировал, сам аккуратно сложился, когда новый ректор сошёл с летающей платформы и встал у трибуны.

Лоран Соларион настолько сейчас походил на императора Лириана Четвёртого, насколько это вообще возможно. Та же осанка и выражение лица. Те же вкрапления металла на коже. Тот же холодный взгляд, от которого становилось неуютно. Словно не два разных человека, а один и тот же, просто в разных телах.