Парин в режиме реального времени отслеживал происходящее в системе Дурмин-Шур и сейчас, по всей видимости, вновь произошло что-то невозможное. За последние дни невозможное случалось с пугающей регулярностью.

Изначальный план был прост, как фазовый сплав. Наёмники отправляются в одну из трёх систем, где спрятались возмутители спокойствия, получают по ушам и, словно побитые собаки, возвращаются обратно, готовые к сотрудничеству на любых условиях. Больше никакой спеси, требований или чего-то подобного. Никаких разговоров на равных. Никаких встреч в кабинете маркиза. Никаких драгоценных камней на столе. Всего того, из-за чего маркизу едва удалось сохранить невозмутимость во время встречи с Золотым. Безземельный барон с фронтира, разговаривающий с маркизом как с равным. Предлагающий сделку, вместо того чтобы просить милости. Это было оскорбительно. Неприемлемо. Людей подобного толка маркиз Элиас привык давить, а не вести с ними дела. Но времена изменились, и сейчас барон был нужен. Драгоценные камни были нужны. Канал сбыта пиратской добычи нужен. Легальное прикрытие для действий против герцога Альмира нужно. Вот только требовался Ксорх, как подавленный и готовый выполнить любой приказ своего господина послушный инструмент, а не независимый партнёр.

Собственно, на это и был расчёт, когда «Малышам» передавался малый крейсер устаревшей модификации. «Волнорез» списали со службы двадцать лет назад. Устаревшие системы, слабые генераторы, посредственное вооружение. Он годился для патрулирования границ, но не для настоящего боя. По данным аналитиков и Парина, на подобном корабле невозможно победить ни один из флотов повстанцев.

Однако произошло невозможное. Впрочем, как всегда случалось с «Малышами».

Они не только уничтожили флот наёмников рода Нурискан, но ещё и захватили три малых крейсера! Когда маркиз впервые увидел полученные данные, он не сразу им поверил. Прочитал дважды. Попросил Парина перепроверить. Результат не изменился. Происходящее не укладывалось ни в одну логику. Один устаревший крейсер не мог победить целый флот. Это противоречило всем тактическим расчётам, всему военному опыту, здравому смыслу. Это было невозможно, но это произошло.

Сейчас же маркиз наблюдал за поступающими данными от разведчика, а Парин переводил нанесённый ущерб в беспощадные цифры, показывающие масштаб катастрофы. Минус орбитальная станция, которую придётся восстанавливать за счёт маркиза. Это…

Маркиз сжал подлокотник кресла, и тот захрустел, не способный противостоять мощи трёхсотлетнего человека. Элиас разжал пальцы, глядя на разрушенный подлокотник с отстранённым удивлением. Давно он не терял контроль над собой. Для того чтобы выбраться из сложившейся ситуации, требовались ресурсы, а где их взять, если безумные наёмники будут уничтожать орбитальные станции? Каждая станция — это инвестиция. Каждая потеря — это шаг назад в восстановлении области.