Другими словами, с ним не связывались.
– Что здесь происходит?! – раздался внезапно грозный голос магистра, что уже
направлялся к нам со стороны учебного корпуса.
Видимо, он услышал рев драгона...
Проклятье!
Сайлс Норд – наш преподаватель по основам элементарной магии и один из самых
уважаемых и суровых драконов Эшмора.
– Магистр, эти двое... – завопил Масс, поднимаясь на ноги. – Они напали на меня
и сломали мне нос!
Взгляд Сайлса задержался на окровавленном лице Томаса, затем оценивающе
скользнул по нам с Греем, подметив мои взъерошенные волосы, перепуганные
глаза и самодовольную ухмылку Хорна.
– Вы оба, за мной! – приказал он тоном, не терпящим возражений.
– Наказание пойдет вам на пользу, – довольно усмехнулся Томас, растянувшись в
окровавленной улыбке.
– Вам тоже, мистер Масс, – вдруг произнес магистр, остановившись. – Я отстраняю
вас от занятий на целую неделю.
Жестко.
– Что? Меня?! – воскликнул он, опешив на мгновенье.
– Призывать драгонов можно только в определенное время и в специально
отведенных местах. Вы нарушили сразу два правила Академии.
– Вы хоть знаете, кто мой отец?!
– А тебе не сказали? – хмыкнул Грей, и Сайлс окинул его укоризненным взглядом,
затем вновь посмотрел на Томаса.
– Правила Академии Эшмор едины для всех, мистер Масс, – хмуро произнес магистр.
– И, если вы не готовы их соблюдать, значит, будете немедленно отчислены.
Думаю, вашему отцу будет интересно получить от меня письмо с разъяснениями.
Томас яростно скрипнул зубами, а затем крутанул кистью руки, и драгон испарился
прямо в воздухе, осыпавшись голубыми светящимися искрами на траву.
И как бы внутри я ни ликовала от того, что этот кретин получил по заслугам, все
равно чувствовала себя отвратительно...
Меня унизили перед всеми, а теперь еще и накажут. Я получутретье предупреждение, то есть еще одно, и меня выкинут из Эшмора на улицу. Самое
обидное, что эти правила распространялись только на полукровок. Мы должны
были доказать, заслужить свое право на обучение здесь.
Несправедливо!
Мне нельзя покидать Академию. Я должна закончить последний курс и устроиться на
хорошую работу, чтобы взять опекунство над своей младшей сестрой.
Нас разлучили с Мелиной четыре года назад, когда умерла ее мама и моя тетя –
она единственная, кто растила и заботилась о нас. Своих родителей я не
знала, поэтому Мелина – это все, кто у меня был. В день нашей разлуки я
пообещала ей, что обязательно заберу ее из приюта, а иначе...
Я даже думать не хочу, что будет иначе.
Мы шли, как под конвоем, по длинному коридору учебного корпуса, точнее,я шла, как под конвоем, а Хорн шел расслабленно и спокойно.