сжав мои ягодицы, а губы коснулись чувствительного изгиба шеи.
Желание вспыхнуло подобно пламени, прокатившись жаром вдоль позвоночника. Я
пошатнулась, и слабый стон сопротивления сорвался с моих губ, растворившись
во влажном воздухе купальни.
Безумие...
Мурашки разбежались вдоль позвоночника. Голова закружилась. Его откровенные
поцелуи горели огнем на коже, а блуждающие прикосновения отзывались тянущим
чувством внизу живота.
Это было опасно, запретно и в то же время дьявольски соблазнительно!
– Нет... – сбивчиво прошептала я, впившись пальцами в его твердые плечи. –
Остальные… могут прийти...
Он чуть отстранился, и я заглянула в его черные, словно ночь, глаза.
Красивый, недосягаемый.
На этот раз он знал, что перед нимя , но продолжал свои
мучительные ласки, от чего сердце бешено заходилось в груди, а ноги дрожали.
– Боишься, что они застанут тебя за работой? – иронично усмехнулся он, и я
досадливо прикусила губу. – Не переживай, они еще полчаса будут на летном
поле.
– Дарин, прошу... – я хотела сказать «не надо», но не успела.
Он развернул меня и повалил грудью на мраморный край бассейна.
– Я знаю, чего ты хочешь, Мелисса Уайт... – хрипло прошептал он, навалившись
сзади. – И ты это получишь!
7.
Я лежала грудью на холодном мраморе и буквально кожей ощущала на себе пылающий
взгляд Дарина Форса.
Он стоял за спиной и оценивающе рассматривал мой зад, открывшийся из-под высоко
задранной юбки.
– И, правда, великолепное зрелище... – хрипло произнес он, и я обреченно
закрыла глаза.
Выходит, Дарин был сегодня возле моста и все видел. Но ничего не сделал.
Желание вперемешку со злостью разлилось по венам, превращаясь в нечто жгучее,
всепоглощающее.
– Отпусти. Я уйду! – произнесла, а затем попыталась подняться, но тяжелая рука
надавила мне на плечо, прямо туда, где пылала метка.
Он не должен ее увидеть.
– Ты никуда не уйдешь, Уайт... – яростно прорычал он, а затем намотал мои
волосы на кулак и медленно потянул их на себя, в результате чего моя
поясница выгнулась и я уперлась затылком в его плечо. – Сама нарвалась.
Нет, это случайность!
Он вновь провел кончиком носа по моей шее, втянув в себя воздух, и меня в
очередной раз бросило в жар. Когда он так делал, ноги буквально
подкашивались, а нервы начинали вибрировать, как струна.
Я вцепилась пальцами в мраморный край бассейна, отчаянно стараясь не
поддаваться нахлынувшим ощущениям, и пыталась найти выход, которого не было.
Мне не вырваться, не сбежать...
Летное поле находится далеко, как и все комнаты, расположенные этажом выше, а
значит, меня никто не услышит, не спасет.