одно кольцо, сковав руки и ноги вдоль туловища.
Нет! Нет! Нет!
Я освобождала пламя из пальцев, пытаясь сжечь змею заживо, но на нее не
действовал огонь из-за чрезвычайно прочной чешуи.
– Аманда! – в отчаянии прокричала я, чувствуя, как начинают хрустеть мои кости,
а боль становится невыносимой. – Помоги мне!
– Я... я... – она испуганно смотрела, пятясь назад. – Я не могу...
– Аманда! – из последних сил произнесла я, ощущая себя будто в титаническом
прессе.
– Я приведу помощь! – выкрикнула она, и я увидела, как ее слабый огонек уже
мелькает между деревьями и листьями высоких кустарников, отдаляясь все
дальше и дальше от меня.
Какая помощь? Вокруг никого...
Аманда просто сбежала!
Я жадно хватала губами воздух, но не могла вдохнуть и крупицы кислорода. Легкие
жгло огнем. Казалось, ребра вот-вот сломаются и воткнутся мне прямо в
сердце, перед глазами стояла кромешная тьма. Либо из-за того, что я теряла
сознание, либо потому, что уже наступила ночь. Я совершенно точно погибала,
жалея лишь об одном...
Что так и не смогла увидеться с Мелиной и обнять ее в последний раз.
Я уже прощалась с жизнью, как неожиданно золотистый яркий свет ослепил глаза.
Он засиял из глубины ночи и рассеял тьму, проникая в каждую клеточку моего
тела, словно наполняя ее жизнью. Такой теплый, лучистый, родной...
И в следующее мгновенье я куда-то провалилась, окончательно потеряв сознание, а
с моих губ сорвалось:
– Мое солнце.
27.
Я умерла?
Последнее, что помню... это смертоносные объятия змеи, а после невероятно яркий
свет, пронзивший кромешную тьму.
Это он прогнал змею? Или я все-таки умерла и попала в рай?
Я открыла глаза, пытаясь справиться с легким головокружением, и увидела перед
собой земляной свод пещеры, над которым нависали сухие корни.
Вряд ли это рай!
– Где я? – хрипло прошептала я, медленно приподнимаясь на локтях.
– В безопасности, – раздался до боли знакомый голос, и я ошеломленно вскинула
голову.
У входа в пещеру стоял Дарин Форс, сложив руки на груди. Он хмурился, не сводя
с меня пронзительного взгляда черных глаз, в которых отражалась злость,
осуждение и... беспокойство?
Я растеряно огляделась и заметила, что лежу на широких мягких листьях, рядом на
земле валяются пустые склянки из-под зелий, а по периметру горят два
самодельных факела.
– Только не говори, что мы находимся...
– Под самим древом. В одной из ее пещер под корнями, – заключил он,
отстранившись от земляной стены.
– Что? – я изумленно округлила глаза, чувствуя, как меня охватывает паника. –
Нет. Здесь нельзя находиться! Здесь...
Я порывисто поднялась, но голова резко закружилась, и я рухнула. Форс вмиг