Лидия, все это время молчавшая, максимально старалась сохранять спокойствие и достоинство. Но вот её пальцы, нервно теребившие край камуфляжной футболки, выдавали излишне сильное внутреннее напряжение. Женщина понимала, что сейчас находится не на дружеском чаепитии. Более того, не факт, что у неё вообще поучится уйти отсюда живой. Такой уверенности у неё не было.

— Значит, Лидия, вы утверждаете, что ваше убежище на данный момент насчитывает свыше двадцати тысяч человек? — Марков произнес это мягко, почти вкрадчиво, но за нарочитым участием и спокойствием чувствовалось ещё не одно дно. — Надо признать, что эта цифра очень серьезная, можно даже сказать внушительная. Вот только за ней, точно так же, следует и серьезная ответственность.

— Двадцать две тысячи, если быть точнее, товарищ полковник. — не понимая зачем, но решила поправить полковника женщина. — Наше руководство с самого начало успело занять две смежные станции и соединительные с ними туннели. — Лидия слегка помялась, и выпрямившись, добавила. — Вы точно не проиграете от совместной работы с нами. Наши люди дисциплинированы, у нас есть собственные военные силы, сформированные из бывших сотрудников полиции и добровольцев. Большинство из них служили.

Марков медленно кивнул, словно взвешивая сказанные ей слова на весах, которых тут на самом деле не было.

— Что ж. — тихим голосом сказал мужчина. — Тот факт, что ваше новое руководство смогло добиться автономии и защитить столько людей — это, безусловно, похвально. Но в любом случае, вы ведь здесь не просто так, верно? — наклонился к собеседнице полковник. — Если бы у вас всё было идеально, вы бы не стали столь спешно искать контактов с другими. В чём ваша главная проблема? Продовольствие?

Такого прямого вопроса редко ждешь от человека, у которого в подчинение тысячи, десятки тысяч людей. Из-за этого Лидия заколебалась. Она знала, что раскрытие слабостей — это предоставление рычагов давления. Но с самого начала этого задания, ей давали почти полную свободу действий, да и Марков умел слушать так, что слова сами просились наружу. Его опыт работы с людьми позволял улавливать малейшие паузы в речи, малейшие изменения тембра голоса собеседников.

— Медикаменты. — наконец выдохнула она, решившись на откровенность. — И кадры. У нас катастрофическая нехватка квалифицированного медицинского персонала. А вы сами знаете с какой скоростью поступают раненые… и убитые. — мотнув головой, и откинув какие-то воспоминания, женщина продолжила. — Антибиотиков давно уже нет, хирургические инструменты проходят стерилизацию через раз. Да и в остальном у нас не лучше. Любая эпидемия или серьезное столкновение с тварями превратят наши станции в братские могилы.